Арифметика полунамеков. Громкое дело

 

В Южно-Сахалинском  городском суде продолжается слушание уголовного дела экс-губернатора Александра Хорошавина и его подчиненных – заместителя председателя правительства Сергея Карепкина, министра сельского хозяйства и продовольствия Николая Борисова и советника Андрея Икрамова. Как известно, они обвиняются в получении взяток и легализации доходов, полученных незаконным путем.

11 мая  суд приступил к прослушиванию  аудиозаписи, которая велась в  губернаторском кабинете с января 2015 года и до марта, момента задержания Хорошавина. Гособвинение представило суду отрывки разговоров, в которых шла речь о вопросах, имеющих отношение к существу уголовного дела.

Практически во всех переговорах участвовал экс-руководитель аппарата губернатора Вячеслав Горбачев. Из материалов уголовного дела следует, что губернатор определил ему роль сборщика денег и кассира.

На слух  можно определить голоса собеседников, хотя из-за посторонних шумов   отдельны слова разобрать сложновато. Поэтому  не все фонограммы из-за низкого качества  прошли фоноскопическую экспертизу.

Судя по репликам, коммуниканты, так их обозначали эксперты, знали, что в кабинете установлена прослушка. Об этом уже сказал на одном из судебных заседаний  Горбачев.  Он, в частности, сообщил суду, что  для конспирации суммы  денег не произносились вслух, а писались на листках. И тут же уничтожались на шредере. Этим и были вызваны многочисленные «угу» Хорошавина на аудиозаписи  и затяжные паузы в разговоре. Тем не менее из диалогов ясно, что речь идет о сборе денег и конкретных персонах.

После прослушивания каждого аудиофайла  государственный обвинитель  Евгений Евстафьев  зачитывал «расшифровку» этих полунамеков, проведенную   лингвистическим экспертом.  В частности, речь шла о полученных от компании «Сахалин Инжиниринг» миллионах за покупку квартир, о том, стоит ли «поощрить» исполнителя –  чиновника министерства здравоохранения, о схеме получения 72 миллионов через фонд «Сахалин 21 век» и о необходимости трясти, трясти и трясти должников.

В переговорах в губернаторском кабинете дважды мелькала фамилия южно-сахалинского мэра, теперь уже бывшего, Андрея Лобкина. К слову, он срочно покинул область в день задержания Хорошавина.

Так вот, из диалога Хорошавина и Горбачева можно сделать вывод, что градоначальник претендовал на  половину вымученных у предпринимателей средств за подряды в Южно-Сахалинске.  И тоже участвовал в процессе сбора дани с предпринимателей.

В один из дней собеседники несколько потеряли бдительность. И пообсуждали «денежный вопрос» с минимальной конспирацией. 24 февраля Хорошавин поинтересовался, какая сумма находится у Горбачева. (Как уже  сообщалось ранее, полученная от предпринимателей наличность хранилась в здании правительства области, в сейфе, установленном в  курительной комнате). Тот ответил – 90, имея в виду, видимо, миллионы.

Хорошавин заявил о желании забрать эти деньги в домашний сейф, поскольку «дома они не рискнут». Видимо, уже опасался какой-то проверки. Горбачев предложил Хорошавину захватить сумку для того, чтобы «затарить» в нее миллионов 80. Оставив десять «на перехват»…

Конечно, многие моменты этих бесед мог бы прояснить сам Хорошавин. Но большую часть  прослушивания аудиофайлов он перелистывал журнал с новыми моделями одежды.

Впрочем, еще не закончен допрос  одного из главных свидетелей – Горбачева.  Он наверняка лучше любого эксперта знает, когда и о чем они беседовали с шефом в его кабинете.

Т. ВЫШКОВСКАЯ.

329 Все просмотры 2 Просмотров за день