Так получилось, что самым интимным (и слава богу) в очередном премьерном спектакле театрального Чехов-центра оказалось… его название. Посчитав, что «Последний пылкий влюбленный» Н. Саймона в переводе М. Мелковой звучит не столь привлекательно и интригующе, вновь приглашенный на Сахалин режиссер-постановщик Станислав Таюшев круто изменил название пьесы популярного американского драматурга. Так на островной сцене появился «старый новый» спектакль о любви. Или о поисках любви? Или о чем-то другом?..
История, поведанная едва ли не крупнейшим современным комедиографом США, придумана не им, а жизнью. Причем история весьма банальная. Живет себе мужчина средних лет и живет. Вроде бы и в деле своем состоялся (хозяин ресторанчика «Королева моря»), и с женой Тельмой счастлив (детишки подрастают), и… В общем, все, говоря по-американски, о`кей. Но вот это «как надо» его-то и пугает. Жизнь проходит, а мужчина в полном расцвете сил даже жене ни разу не изменил.
И вот, сговорившись с бесом, который постучался в ребро, Барни Кэшмен (артист Андрей Кузин) решает раскрасить свою серую скучную жизнь в более яркие тона. А что нужно для похода налево? Правильно, яркая и свободная (хотя бы на один вечер) женщина. И Барни начинает действовать.
Герой спектакля шаг за шагом в своем походе эволюционирует из застенчивого, вечно пахнущего устрицами романтика, составляющего меню в стихах, в решительного, временами очень жесткого и грубого ковбоя. А пройти это «становление» ему помогают три женщины.
Вообще-то эти три столь различных образа в антрепризных, да и репертуарных театрах по традиции создаются одной актрисой. В Чехов-центре же пошли другим путем, и, на мой взгляд, правильно сделали. Имея сегодня достаточно богатый выбор ностальгирующих по большой работе исполнительниц, было бы нелогично отдавать букет ролей в одни руки. Да и сложно это, так как характеры претенденток на адюльтер с Кэшменом оказались очень уж разными.
Неверная жена своего мужа-итальянца Эллейн Новаццо (актриса Марина Семенова) – рисковая и элегантная, не прочь выпить, а после этого прыгнуть в чужую постель. Не женщина, а тайфун, которому хочется залететь в тихую гавань и навести там шороху.
Истеричка с музыкальными амбициями Бобби Митчел (актриса Виктория Дроняева), наоборот, никогда не нарывается на неприятности, ибо… они на нее сами нарываются.
Третий вариант вообще клинический. Мало того, что Дженет Фишер (актриса Анна Антонова) – жена лучшего друга, так еще и жуткая депрессантка, вечно теряющая себя то от непринятых по этому поводу таблеток, то, наоборот, от их кошмарного перебора…
Но ни один из этих вариантов не сработал. Зато стало ясно другое: на фоне низкого коэффициента счастья заходящих «на огонек» женщин (у той же Дженни Фишер всего-навсего 8,2 процента) Барни Кэшмен должен чувствовать себя не так уж и плохо. Что, собственно, и выясняется. А от добра добра не ищут…
Пристально посмотрев на изложенную театром версию, к сожалению, сознаешь,  что новый спектакль – своеобразная попытка Станислава Таюшева окунуться в своего более чем кассового, но незамысловатого «Таксиста». Но вы ведь понимаете, что дважды в одну реку не войти. Чтобы проникнуть в суть (а там есть о чем поразмышлять) «Последнего пылкого влюбленного», нужно было пойти несколько иными путями. И в первую очередь перевести просто комедию в жанр трагикомедии, что, собственно, изначально и закладывалось автором. Глядишь, тогда бы и в целом философский вопрос (нужно ли нам что-либо менять в устоявшейся жизни?) не повис бы в воздухе, а чуть позже и вовсе не растворился бы в нем.
Лишив спектакль многих заложенных в пьесе акцентов, зритель получил несколько монотонное (при почти сумасшедшей активности актеров) действо. В отдельных эпизодах спектакля кажется даже, что актеры переиграли… режиссера, испытавшего явные трудности перевода саймоновской драматургии на язык сцены. Глядя на последнюю, ловишь себя на мысли, как тебя затягивает энергия актеров, их ненасытное желание работать. А чуть позже понимаешь, как те же актеры не могут выйти на нужные зрителю рубежи из-за «отключения» энергии Станислава Таюшева.
То ли времени у постановщика не хватило, то ли большого желания, но зритель, выходящий из зала, чувствует себя явно неудовлетворенным. В том числе и скучно-дежурной сценографией спектакля с джентльменским набором маловыразительной мебели. Честно говоря, давно не бывал на спектаклях, где отказывались бы от услуг художника-постановщика. Некрасиво это как-то. В прямом смысле слова.
Единственное, на чем в новой работе не сэкономили, так это, повторюсь, на актерских эмоциях. Все три женские роли были представлены во всеоружии созревшего профессионализма первых выпускниц островного театрального колледжа. Каждая из актрис предстала неким фонтаном, выбросившим в зал сонм находок – озорных, грустных и т. д. и т. п. Порой даже было жаль, что не все из них оказались усвоенными спектаклем. Ну да Бог с ним, я надеюсь, что, почувствовав настоящий вкус профессии, Марина Семенова, Виктория Дроняева и Анна Антонова смогут придумать и реализовать еще больше. Потенциал у молодых в Чехов-центре сегодня очень хорош.
И все же пусть простит меня прекрасная половина, занятая в премьерном спектакле, но большее удивление все же на сей раз вызвал Андрей Кузин. Боюсь ошибиться, но сыгранная им роль Барни Кэшмена – лучшее, что актером было сделано за последние сезоны. Представ очень вдумчивым, наблюдательным исполнителем, Андрей Кузин поразил и своей пластикой. И здесь речь идет не только (вернее – не столько) о пластике физической, сколько внутренней. И наблюдать за такого рода метаморфозами одно удовольствие.
А спектакль… Если вы любите просто смеяться и не «грузить» себя чем-либо, то он скроен по вашему размерчику. Если же вы от театра ждете большего и приходите туда поработать мозгами, то, как говорится, просим не беспокоиться. Отгородитесь классическим «Интим не предлагать» и ждите своего часа. Тем более что он, судя по декабрьской афише, скоро пробьет. Впрочем, не будем забегать вперед.
А. ДВОРКИН.