НЕХОРОШЕЕ СОСЕДСТВО
С мая этого года жители ул. Оленья Горка, что расположена на окраине областного центра в п. Лиственничное, страдают от нашествий любителей пейнтбола. Это такая современная военизированная игра, в которой «убивают» противника с помощью красящих шариков-пуль.
Появляются игроки, как правило, по выходным дням. Причем это не стихийные коллективы друзей-приятелей, а организованные группы, руководит которыми некий Максим. Набирается компания любителей активного отдыха и в назначенное время прибывает на своем транспорте к месту игры. По словам обратившихся в редакцию жителей Оленьей Горки, порой вся их небольшая улица, состоящая из частных домов, бывает сплошняком уставлена транспортом пейнтболистов. Говорят, приезжают играть не только наши сограждане, но и иностранцы, да и вообще в последнее время дело поставлено на широкую ногу – с застольями после игры. Впрочем, и раньше, когда организованная часть мероприятия заканчивалась, отдельные компании игроков, съездив в ближайшую торговую точку за спиртным и провиантом, возвращались на место игры и располагались тут допоздна у костра.
Сама игра проходит в непосредственной близости от крайних домов. Красящие шарики-пули попадают и в неиграющих людей, и  в собак, залетают во дворы. За забором периодически взрываются петарды или дымовые шашки. В общем, войнушка – она и есть войнушка.
Но от неприятного соседства страдают не только оленегорцы. Дело в том, что территория, которую облюбовали пейнтболисты, находится посередине между самой улицей, производственной базой муниципального бюро ритуальных услуг и кладбищем (новым). Для большей наглядности прилагается схема (пунктиром обозначено место игры).
Рейсовый корсаковский автобус останавливается как раз напротив Оленьей Горки. И гражданам, которые навещают могилы родных и не имеют личных авто, ближе добираться к погосту именно через Оленью Горку, нежели давать крюк – по обочине  мало приспособленной для пеших прогулок скоростной корсаковской трассы.
– Мне не раз доводилось провожать бабушек до кладбища непосредственно под пулями пейнтболистов, – говорит местная жительница Т. Перегудова. – Боятся идти, а возвращаться назад к остановке да  двигать потом через центральный вход пожилому человеку тяжело.
Сама Татьяна Васильевна работает на производственной базе предприятия ритуальных услуг. От ее дома до работы напрямую несколько минут хода. Когда пейнтболисты на месте, по тропинке необстрелянной не пройдешь. Достается и другим работникам предприятия, если оказались на за¬дворках. По словам Перегудовой, игроки предлагают ей, коли не нравится, ходить на работу другим, кружным путем.
– С какой стати мы, местные жители, должны подчиняться прихотям заезжих игроков? – задается вопросом Татьяна Васильевна. – Тем более что их «поле битвы» захватывает и дорогу, по которой оленегорцы ходят к маршрутному автобусу № 6, а также в поселок. Пейнтболисты играют в специальном обмундировании, на голове – шлем, лицо полностью защищено, так что им пули нипочем. Но мы-то, местные жители и прохожие, ничем не защищены, а если такой шарик попадет в глаз?
Есть еще одно обстоятельство, усугубляющее этот конфликт. Дело в том, что Оленья Горка – это бывшая территория министерства обороны. Здесь располагался склад горюче-смазочных материалов, рядом жили семьи военных. Воинской части давно нет, но люди остались. Остались и полуразрушенные строения столовой, котельной, бани. Вокруг деревья и кустарники. Судя по тому, что пейнтболисты облюбовали это место, такой природный ландшафт вкупе с развалинами очень подходит для игры. Но под землей здесь находятся огромные резервуары, предназначенные для хранения горюче-смазочных материалов. Им более 60 лет. Говорят, построены они были еще японцами и точной схемы подземных емкостей нет. Что там сегодня конкретно осталось, неизвестно. Люки на резервуарах сбиты или сгнили. Не дай бог, загорится – тогда может случится большая беда, полагает Перегудова.
НЕЛЬЗЯ. НО ВСЕ РАВНО МОЖНО
Пожалуй, недовольство неприятным соседством и осталось бы в стадии перманентной перебранки, не узнай оленегорцы от Максима, что он собирается взять эту территорию в аренду. А значит, будет играть здесь на полных основаниях.
Летом на имя мэра Южно-Сахалинска (а ул. Оленья Горка после периода бесхозности официально вошла в состав областного центра) поступила жалоба от местных жителей. Описывая ситуацию, они просили разобраться по существу и не давать территорию в аренду.
Кроме того, приезжал участковый. А потом в конце августа из горотдела последовал,  мягко говоря, странный ответ: в возбуждении уголовного (!) дела отказать, а информацию от отказе направить для опубликования в средства массовой информации.
При чем тут уголовное дело? При чем СМИ?
В начале сентября пришел ответ из городского департамента архитектуры и градостроительства, из которого следовало, что общественное мнение учитывается и  этот участок земли предоставляться в аренду для игры в пейнтбол не будет.
Но, несмотря на официальный отказ городской власти, игры возле Оленьей Горки  по-прежнему продолжались почти всю осень. Может быть, власть изменила свое решение?
– Ничего подобного, в аренде отказано, – подтвердил в телефонном разгово¬ре замначальника ДАГУНа
А. Щепанский.
А что же милиция? Тем более, что когда конфликт с пейнтболистами достиг уже определенного накала, оленегорцы звонили в дежурную часть, приезжал патруль.
Со слов Перегудовой, выслушав позиции конфликтующих сторон, стражи порядка попросили местных жителей показать документ из ДАГУНа об отказе в аренде (он, к сожалению, в тот момент был у другого человека в Южно-Сахалинске). Хотя логичнее в данном случае было бы поинтересоваться у игроков, есть ли у них официальное разрешение на проведение пейнтбола в данном месте, вблизи жилых домов? В общем, милиционеры уехали, сообщив оленегорцам, что дело передадут опять же участковому.
А В ТРУБКЕ – ТИШИНА
Пообщаться лично с участковым инспектором не удалось. Вначале меня отсылали для согласования самого факта беседы к различным вышестоящим милицейским начальникам, после чего все замкнулось на ведомственной пресс-службе. Так мы и «обсуждали» проблему: я задаю через пресс-службу вопрос – мне таким же манером участковые отвечают. А узнать хотелось в общем-то простые вещи: что конкретно предпринималось по этому конфликту, какие у милиции полномочия в данном случае и, вообще, как действовать гражданам, оказавшимся в подобной ситуации. Потому что сегодня группа людей играет в небезопасные для окружающих игры в одном месте, завтра – в другом.
Как полагают участковые, в присланном жителям ответе нет ничего странного. И поясняют: жительница Т. Пек обращалась в милицию по поводу конфликта с игроками и угроз с их стороны. Но поскольку угрозы ни к чему в реальности не привели, нет и повода для возбуждения уголовного дела. Установить неизвестных не удалось, поэтому нет и возможности проверить законность их действий. С местных жителей взяты объяснения. Претензий к игрокам они не имеют.
Тем не менее участковый оставил оленегорцам номер своего телефона, мол, звоните, когда пейнтболисты будут на месте. Конечно, для составления административного материала необходимо выслушать вторую сторону, которая, как уже говорилось, неизвестна. Но делу можно дать ход снова, если граждане напишут заявление, что игроки им мешают или, допустим, угрожают. В целом же пока нарушения общественного порядка не усматривается. Шуметь по закону разрешено до 23 часов.
После этого я еще раз переговорила с Перегудовой. Если, со слов милиционеров, претензий у местных жителей к пейнтболистам нет, зачем тогда весь этот сыр-бор? Татьяна Васильевна очень удивилась такой интерпретации событий, усмотрев подмену понятий. Потому что милиционеры все свели лишь к угрозам со стороны игроков в адрес местных жителей. А если угроза («лучше следи за своим огородом, а то хуже будет») не воплощена в действие (не напакостили на участке, не побили жалобщиков), то как бы и проблемы  нет. Но волнует-то граждан  другое – шумная и небезопасная игра со стрельбой в неподходящем для этого месте.
– А почему вы не позвонили участковому, когда игроки приезжали по осени? Он же оставил номер своего телефона? – спрашиваю женщину.
– Я звонила, причем не¬однократно, – последовал ответ, – но дозвониться  не удалось ни разу.
Обратились оленегорцы, по их словам, потом и в экологическую милицию, и в природоохранную прокуратуру. Оттуда приезжали сотрудники. Тоже оставили телефоны, мол, звоните, когда пейнтболисты будут на месте. Но и эти номера, по словам Перегудовой, тоже молчали в выходные дни.
Я проконсультировалась  в областной прокуратуре: неужели игроки не нарушают общественный порядок? Если подходить формально, то да, в законодательстве конкретно такая ситуация не прописана. А если по существу, то данное действо можно квалифицировать как проведение небезопасной для окружающих игры со стрельбой в непосредственной близости от жилых домов без официального разрешения и в не отведенном специально месте. Ведь на те же митинги, какие-то шумные мероприятия непосредственно в городе, в жилой зоне  требуется разрешение властей.
Пейнтбол и иже с ним – это, конечно,  в первую очередь развлечение. Но, думаю, для организаторов это еще и какой-никакой бизнес. То есть должны быть цивилизованные правила игры. Каких-то нормативов размещения (удаленность от зданий и др.) для таких игр не существует. Но, на мой взгляд, главный критерий все-таки должен быть таким: не мешать окружающим. Пейнтбол – это неплохо, если не затрагивает чьих-то интересов.
ЗАХОТЕЛИ БЫ – НАШЛИ!
А теперь о таинственном Максиме. Я тоже попыталась его найти.  В ДАГУНе сообщили, что у них нет его координат. Участковый, как уже говорилось, вел речь о неизвестных. Хотя проще простого было  – попросить оленегорцев записать номера машин игроков.
Максима я нашла по газетной рекламе. Он согласился встретиться.
По словам парня, на территорию возле Оленьей Горки они наткнулись случайно и она просто идеальна для игры в пейнтбол. Поэтому и решили там обосноваться, создать впоследствии военизированный лагерь. Максим считает, что они вели себя нормально, и если во время игры кто-то из посторонних шел по территории, то прекращали пальбу. Местная ребятня даже немного участвовала в играх.
Когда разгорался конфликт с жителями крайних домов, Максим, по его словам, собрал подписи остальных оленегорцев,  тех, что были не против присутствия  в этом месте пейт¬болистов. Так что не все так однозначно.
 Но в целом позиция парня такова. Почему, образно говоря, из-за одной жительницы, которой удобно ходить напрямки на работу, они должны лишаться идеального места для игры? Тем более что из чувства противоречия она потом специально продолжала ходить по своей тропинке под пулями. И крайне обижен, что идеальное место пришлось покинуть.
Все-таки какая-то из структур, в которые обращалась Перегудова, озаботилась этой проблемой. Максима вызывали для объяснений. В данный момент игроки нашли заброшенный ангар в другом конце города –  на зимний период.
– Мы обнаружили в окрестностях города одну стихийную свалку, –  говорит парень. – Готовы очистить эту территорию от мусора, чтоб получить  ее  в аренду. И там точно нет вблизи никаких жилых домов.
Думается, это верный подход. Тем более что конфликт не мог не нервировать и самого Максима.
– А почему, – спрашиваю, – вы продолжали ездить к Оленьей Горке и после отказа в предоставлении аренды?
– Нет, мы вскоре свернули там все, и это было еще в первых числах октября.
Но местные жители утверждают, что играли у них под боком буквально до холодов. И вполне возможно, что это была какая-то другая группа. По словам Максима, так бывает: если один организатор нашел подходящее место, кому-то еще не возбраняется возить туда своих клиентов, но в другие дни.
В общем, пока у оленегорцев наступила передышка. А что будет следующей весной?
О. АТАЧКИНА.