Женщины никогда не сдаются
Есть люди, способные удивлять. Поступки их в общем-то не выходят за рамки общечеловеческих житейских норм, но окружающим кажутся порой ненормальными, потому что сами они на это никогда бы не пошли и такого не сделали. Потому что себя берегут.
Нина Мавлеткулова удивляла родных и близких не однажды. Я не стану углубляться в годы ее детства и молодости – хватит и событий пятнадцатилетней давности.
Нина – библиотекарь. Мне не хочется называть ее по отчеству – Васильевной, – потому что оно придает ей степенность, а этого качества в характере энергичной 45-летней женщины нет. Да и выглядит она не внушительно: очень маленькая, хрупкая, с непередаваемой окраски голоском.
Все знают, какая скромная зарплата всегда была у библиотекарей. А про начало и середину девяностых годов прошлого столетия и вообще не стоит говорить. В то время практически перестали рожать детей – молодые семьи не могли позволить себе такую «роскошь». А Мавлеткуловы – Нина и Владимир – позволили. Знаю, как удивлялись тогда окружающие и осуждали их за неразумное решение, ведь у Мавлеткуловых уже было двое детей – Ира и Вика. Ничего, трудности прошли и забылись, а младшему Вовке уже двенадцать лет.
Кстати, трудности эти легли тогда на плечи именно Нины. Когда Вовке исполнился год, его отцу перестали платить зарплату: стройки – а он был строителем – остановились по всему Сахалину.
И тогда Нина взялась за новое, неизвестное доселе дело. На острове только-только разворачивались торговые маркетинговые компании, и ей предложили заняться распространением товара известной косметической фирмы «Мери Кей». Многим тогда было не до косметики, чтобы что-то продать, приходилось переговорить с десятком человек, обойти множество адресов, но неудобства, унижения Нина не испытывала, потому что у нее была цель. Да и товар был очень качественный – такой не стыдно предлагать. Она рисковала, поскольку косметику надо было закупать на собственные деньги и не где-нибудь, а в Москве. «Стартовый капитал» пришлось занять. И снова ее многие отговаривали, удивлялись, как можно так рисковать.
За короткое время Нина доросла в иерархической системе компании до должности директора, поскольку привлекла к распространению косметики много людей и достигла высокого объема продаж. Этих людей Нина искала в своем кругу – среди библиотекарей, врачей, учителей, воспитателей. Она давала работу и молодым девчонкам, которые не могли найти другого заработка. Кстати сказать, получали эти женщины в то время очень неплохие деньги, а их директор – две тысячи долларов в месяц! Это в 1996 году. Кто и на каком предприятии мог иметь в то время такую зарплату?!
– И так было обидно за Россию, что какая-то иностранка Мери Кей дала нам возможность почувствовать себя женщинами и нужными людьми, – говорит сегодня Нина. – Прошло уже десять лет, и по-прежнему заработать достойные суммы сахалинцам можно только у иностранцев.
Мавлеткуловы успели решить несколько крупных материальных проблем, но «жить красиво» и дальше не дал дефолт. Бизнес пошел коту под хвост. Однако Нина не собиралась возвращаться к нищенской жизни. Торговые пути были ей известны, и она переключилась на другие пользующиеся спросом товары. После работы в библиотеке брала сумки – и вперед. С сумками пришлось таскаться до 2002 года, пока у мужа не появилась стабильная зарплата. Но без дополнительного заработка она уже жизни не мыслила, поэтому снова взялась за вязание. К вязанию у Нины тоже талант: она может воспроизвести любой увиденный узор. Пряжи в последние годы в продаже появилось много, так же как и людей, ценящих эксклюзив ручной работы. Недавно одна из знакомых, которой Нина вязала платье для заграничного вояжа, вернулась и рассказала, что на ее наряд оглядывались все встречные.
Весной Нина как-то обмолвилась, что ее выбрали председателем дачного сообщества. Проблем в обществе немерено. Но ничего, не с такими справлялась. Да и небесплатная эта работа, есть возможность что-то прибавить к семейному бюджету. И я в очередной раз подивилась ее энергии, предприимчивости, умению объять необъятное. Дом, школьная библиотека, муж, дети, внук, дача. Уму непостижимо!
Детдом на даче
Но это было не последнее «ах!» знакомых Нины Мавлеткуловой. Летом я узнала, что она взяла на каникулы в семью ребятишек из Троицкого детского дома, что живут они с ней на даче.
На дачу я не попала, ребятишек не видела. Но с Ниной об очередном ее нестандартном поступке говорила.
– Мне всегда мало того, что есть, хочется куда-то еще вляпаться, – рассмеялась она, когда я стала ее расспрашивать. – Есть такие люди, которые к себе никого не подпускают и сами никому не нужны. А мы-то не из таких. К нам двери не закрываются. То к нам с Вовой шли, потом к детям.
Нина хотела взять трех детдомовских ребятишек примерно одного возраста – чтобы у них были общие интересы. Еще в первый приезд в детдом она выхватила их из толпы, поняла, что с ними у нее контакт будет. А когда появилась там через два месяца, чтобы взять детей на выходные, они сами к ней подошли. Такая вот телепатия.
А на все лето из этой тройки к ней попали только двое – восьмилетняя Майя и 10-летний Саша. Еще с одной воспитанницей детдома, 14-летней Аней, отношения не сложились. Она побыла у Мавлеткуловых только месяц, все время ждала развлечений. С остальными детьми ей стало скучно, и она вернулась в детдом.
Зато двое оставшихся очень привязались и к Нине, и к ее мужу Владимиру, и к их сыну Вовке, с которым они весь июнь прожили на даче самостоятельно. Нина этот месяц еще работала, днем ее с детворой не было. «Пусть учатся ответственности», – сказала она. И дети прекрасно справлялись. Работать она их не заставляла, но ребятня сама с удовольствием бросалась помогать. Они сажали картошку, горох, видели, как Нина пропалывает грядки. Их все здесь удивляло, радовало, все было в первый раз. Соседи по даче тоже отнеслись к ним доброжелательно, их дети играли с мавлеткуловской «тройней».
А по ночам детдомовцы кричали. Им снились кошмары прежней жизни с пьющими родителями. Нина уже знала об этой их жизни много, и в ней кипело зло на этих жестоких пап и мам. Удивляться ли тому, что Майя, которую забрали в детдом из семьи в четыре года, постоянно говорила Нине: «Я хочу такую маму, как ты».
– Может быть, ты заберешь нас? – время от времени спрашивали Саша и Майя.
Но она настраивала их на то, что они только в гостях. А у самой сердце разрывалось. «Нормальные ребятишки. Добрые, рассудительные. Нельзя им в детдоме оставаться. Но куда брать? Была хотя бы еще одна комнатушка в квартире».
Нина свозила всю ребятню к своей маме в Буюклы. Отпаивала их там деревенским молоком – благо оно в глубинке дешевое. Мама посмотрела на Майю с Сашей, на их отношения с дочерью и тоже сказала: «Хорошие дети. Жалко их».
В августе, возвращая ребятишек в детский дом, Нина уже знала, что не сможет их бросить. Она нагрузила их ягодой, огурцами – гостинцами для других детей – и пообещала, что они будут встречаться.
Как можно
их бросить?
Ее решение оформить приемную семью окружающих сразило: «Мало тебе Вовки и внука Владика?». Но муж был не против, сына она в конце концов тоже убедила – он ревновал Нину к Майе и Саше и не хотел, чтобы они называли ее мамой.
В ноябре ребятня переехала в трехкомнатную квартиру Мавлеткуловых. Поселили их в самую большую комнату, служившую семье «залом». Чувствуют они себя здесь уже не гостями – в этом я, заглянув к Нине, убедилась сама.
В этот день у Нины был и двухлетний внук Владик, и вся четверка дружно веселилась.
– Дети стали другими, – заметила Нина. – Особенно это видно вечерами. Они так ценят семью, уют, покой, возможность поговорить со взрослыми. И я понимаю, что они уже не потеряются в жизни. Я им постоянно долблю, что надо учиться, чтобы чего-то достичь. Ставлю в пример своих дочек. Учителя говорят, что у Саши уже есть сдвиги в учебе. Преподаватель музыки отметил его умение шутить. Майя тоже радует. У нее хорошие оценки по рисованию, чтению, русскому языку, а математика вот дается с трудом.
Нина приучает их к домашнему труду. Дети пылесосят, убирают за собой, стирают носки. Любят резать овощи на винегрет и салаты. Им это интересно, они это никогда не делали. Зовут Майя и Саша Нину мамой, а Владимира – папой. Папа принимает в воспитании приемных детей посильное участие. Общается. Недавно брал Вовку с Сашей на рыбалку. С гордостью расписывается в дневниках с хорошими недельными оценками. Нина каждый вечер рассказывает ему о том, что случилось за день. И папа переживает за Майю с Сашей не меньше, чем за сына.
Она хочет научить их ценить деньги и уметь ими распоряжаться. Не может забыть, как в июне четырнадцатилетняя Аня хвасталась: «Вы знаете, сколько у меня денег на книжке? Десять тысяч! Захочу и куплю себе квартиру». Такое вот у воспитанников детдома соображение. Нина частенько дает Саше поручение что-то купить. И он уже знает, что где сколько стоит, что нужно семье в первую очередь. Сдачу приносит всегда. Ему очень важно доверие родителей. Выдает она детям и деньги на школьные завтраки. Тут, случается, они вместо нормальной еды покупают какие-нибудь сладости. Но Нине нравится, что ее приемные дети всегда делятся, угощают Вовку и Владика.
Сейчас у Нины пора переживаний. Отец Майи, узнав, что девочку взяли в семью, предъявляет на нее свои права, хочет восстановиться в роли родителя. За те четыре года, что дочь была в детдоме, редко про нее вспоминал, а тут вдруг расчувствовался. На осенние каникулы он брал Майю к себе. Вернулась она немытая, в грязной одежде, пропахшей табаком. Сказала, что папка пил и курил. Летом про девчонку говорили: «Как Барби». Видел бы кто эту Барби после гостевания у отца. Неужели же ее вернут туда, откуда забрали? Нина как-то заметила Майе: «Не хочешь делать уроки – поезжай к отцу. Там тебя никто не заставит учиться». «Я туда не хочу», – ответила приемная дочка. «Но я же тебя ругаю и буду ругать за учебу». «Это не ругание, – сказала девочка. – Это ты нас воспитываешь». Вот такой растет философ и дипломат.
Наживайтесь
и вы!
Но не все удивляются поступкам Нины по-доброму.
– Что? Взяла детдомовцев, чтобы на них наживаться? – спросила одна из соседок.
– Да, – спокойно ответила Мавлеткулова. – Можете и вы нажиться. Никто не мешает.
– Что им нужно? – задала мне вопрос Нина. – Я много сил отдаю ребятишкам. Дети довольны, счастливы…
Я примерила эту ситуацию на себя. Знаю, что ни за какие деньги не решилась бы взять на себя такую обузу. Только тот, кто сам не растил детей, не знал с ними проблем, не ведает, что такое ответственность за беспомощного в общем-то человека, не сможет по достоинству оценить поступок Нины и заподозрит ее в голом меркантилизме.
Но если по-честному, то Нина, действительно, вряд ли решилась бы взять в семью чужих детей без материальной поддержки, которую сейчас оказывает приемным семьям государство. Правда, поддержка эта не покрывает реальных расходов. Это Нина поняла еще летом, окончательно убедилась в этом сейчас. Только за половину ноября она потратила на детей столько, сколько положено за месяц. За эту половину она расходовала столько воды, сколько не расходовала давно: это показали счетчики и квитанция на оплату коммунальных услуг.
– Мне, сами знаете, чужого не надо. Я могу заработать сама, – говорит Нина. – Деньги нужны детям. В одном из своих выступлений В. Мозолевский, один из руководителей «Старстроя» – шефа Троицкого детского дома, сказал, что содержание ребенка в этом госучреждении, с учетом всех-всех затрат, обходится в 22 тысячи рублей в месяц. Почему же приемным родителям отдают только часть этой суммы?
Нина считает оформленные с департаментом образования отношения несерьезными. В них определены только обязанности принимающей детей стороны. А что обязана сторона передающая – не сказано. С приемными родителями- воспитателями не заключен трудовой договор с обозначением в нем сумм материальной поддержки, зарплаты родителей с учетом налогов.  Нигде не сказано о льготах, на которые имеют право детдомовские дети. А это важно: для семьи, где растут дети, каждый рубль на счету.
*  *  *
На осенние каникулы Нина брала из детдома еще одного мальчика – как бы на место Майи, отдыхающей у отца. Ребенку очень понравилось у Мавлеткуловых, и ему пришлось призвать на помощь все свое мужество, чтобы не расплакаться при возвращении в детский дом. Нина пообещала ему найти хорошую семью и обещание сдержала: Новый год мальчик будет отмечать в окружении порядочных доброжелательных людей.
Пообщавшись с детдомовской ребятней, Нина сделала вывод, что неплохо бы научиться психологии. Перед летними каникулами желающим взять детей из госучреждения читали лекции по этой науке, проводили тренинг. Нине понравилось. Если бы откуда-то с неба упали деньги на учебу, она села бы за книжки. Господи! Человек совсем не хочет покоя!
Думаю, что я еще не раз услышу о Нине и ее новых удивительных поступках.
Н. КОТЛЯРЕВСКАЯ.