Созданная 12 лет назад компания «Томариуголь» стала, по сути, стартовой площадкой нынешнего холдинга – «Управляющей угольной компании». О том, как шло становление одного из ведущих предприятий угольной отрасли Сахалина, каковы его проблемы и перспективы, рассказывает заместитель генерального директора ООО «УУК», директор компании по экономике и финансам В. МАЛЬКОВ. – За эти годы нам удалось реанимировать шесть угольных предприятий в шести районах Сахалина. Точнее сказать – не реанимировать, а начать с нуля добычу открытым способом на месторождениях, когда-то бывших в эксплуатации, в том числе и в качестве шахт. С годами к «Томариуглю» прибавились «Западуголь» (на базе Крутояровского месторождения в Углегорске), «Востокуголь» (Тихменевский участок в Поронайском районе), «Смирновуголь» (на ресурсах Хандасийско-Семиреченского месторождения), «Сбыт-уголь» – в прошлом разрез «Лермонтовский» в Вахрушеве, который усердно банкротили структуры-пришельцы, но мы не дали им довести ситуацию до полного краха и выкупили это предприятие. Наконец, «Северуголь», рожденный на запасах, ранее разрабатываемых шахтой «Мгачи». – Но все ли шесть предприятий, Владлен Валерьевич, имеют перспективные и рентабельные запасы? – В принципе все. А такое, как Хандасийско-Семиреченское, особенно, так как уголь там каменный, высококалорийный. У «Хандасы», как мы его называем в обиходе, запасы составляют 20 млн. тонн. Иначе говоря, если сохранить нынешний уровень добычи (в прошлом году предприятия ООО «УУК» выдали на-гора более 800 тыс. тонн), то ресурсов даже одного этого месторождения нам хватило бы на 25 лет. А это работа для 800 горняков с достойной заработной платой, их обеспеченное и ясное будущее. – Если, разумеется, будет и стабильный сбыт. Кому вы поставляете свою продукцию и в какой степени может вас коснуться проблема ее реализации после перевода большой энергетики Сахалина на природный газ? – Сейчас мы снабжаем топливом котельные десяти районов области, частный сектор, а также Сахалинскую ГРЭС и Южно-Сахалинскую ТЭЦ-1. Некоторое количество угля идет за пределы острова – на Камчатку, в Японию, Китай. В основном это поставки через порты Шахтерск и Углегорск, иногда и через Холмск. Но пока что по разным причинам экспорт занимает весьма скромную долю наших объемов, хотя у иностранных потребителей есть довольно большой спрос на сахалинский уголь. Но об этом чуть позднее, а сначала о газификации, проблеме, которая для нас вот-вот наступит. Общеизвестно, что газификация Сахалина идет быстрыми темпами, и уже в 2011 году один котлоагрегат ТЭЦ-1 переведут на газ, а также запустят 4-й энергоблок с газотурбогенератором. А к 2013 – 2014 годам эта электроцентраль будет полностью переведена на газ. И целый миллион тонн угля станет невостребованным, из которых 250 тысяч тонн поставляют предприятия нашей компании. Если уже сегодня, сейчас ничего не предпринимать, то только в угольной отрасли области лишатся работы около тысячи, а с сопутствующей инфраструктурой около пя-ти тысяч человек. Нас, как и остальных горняков острова, ситуация эта не может не беспокоить, хотя на разных уровнях и много говорят о проектах, позволяющих переориентировать наш углепром на более масштабный, чем ныне, вывоз продукции за пределы Сахалина. Например, о строительстве железной дороги Ильинск – Углегорск и модернизации портов Корсаков и Холмск с обустройством глубоководных причалов. Все это пока лишь разговоры, тогда как газификация – это уже неизбежность. Работы по ней ведутся, повторюсь, очень энергично. Значит, нам надо столь же энергично искать рынки сбыта вне Сахалина, если мы хотим сохранить рабочие места, да и саму угольную отрасль области. – Но ведь есть у нас еще и Сахалинская ГРЭС, которую, кажется, никто на газ переводить не собирается. Она-то потребляет угля не намного меньше, чем ТЭЦ-1… – Да, однако она практически исчерпала свой моторесурс и будет выводиться из эксплуатации по мере ввода новых мощностей на ТЭЦ-1 и на ГРЭС-2, строительство которой намечено в Углегорском районе. Эта новая станция скорее всего будет работать на угле, но ее оснастят современным высокоэффективным оборудованием, и она потребует на год уже не 800 тыс. тонн угля, которые съедаются сегодня морально и физически устаревшими котлами ГРЭС-1, а гораздо меньше. Так что невостребованной может оказаться еще более значительная часть сегодняшних объемов островной угледобычи. Идем далее. На материковские регионы Дальнего Востока мы уповать также не можем: с вводом в действие ванино-совгаванского углеперевалочного комплекса на 100 млн. тонн в год наши миллиона полтора тонн едва ли «придутся им ко двору». Поэтому нам остается одно – наращивать экспорт. И делать это как можно быстрее, не дожидаясь реализации благих намерений строительства железной дороги и углубления портовых акваторий. – Да, но как? – Именно через рейдовую отгрузку в Шахтерском и Углегорском портах, о чем, кстати, шла речь на недавнем «круглом столе» областного политклуба. – Но ведь Шахтерский порт изначально специализирован как угольный и оборудован причалом для этих целей. Зачем же ему рейдовые перевалки? – Вся беда в том, что он может обрабатывать у причала только суда малого и среднего тоннажа грузоподъемностью не более 5500 тонн. Иностранцы же используют для перевозки угля морской транспорт грузоподъемностью 30 и более тыс. тонн как наиболее рентабельный. Но осадка таких судов не позволяет им подходить к причалу Шахтерского порта, который сделать глубоководным невозможно из-за больших выносов песка из речки Углегорки. Не все просто и с рейдовой отгрузкой. В распоряжении наших портовиков опять-таки совсем малотоннажные СРП – самоходные рейдовые плашкоуты, перевозящие за один рейс по 80 – 100 тонн груза. Они будут заполнять трюмы суперсухогруза месяцами. А у судовладельцев существует минимальная международная норма суточной погрузки – 2500 тонн угля. Больше – пожалуйста, меньше – наказуемо штрафом в 15 и более тысяч долларов в сутки. И даже ссылки на шторма они игнорируют. – Вот акулы! Что же тогда делать нашим углекопам? – Выход из этой ситуации удалось найти… в Малайзии. Там на рейдовых отгрузках угля используют специально сконструированные для этого плашкоуты, перевозящие за одну «ходку» до тысячи тонн топлива и оборудованные скоростными транспортерами для подачи его в трюмы любых судов. Наши портовики Шахтерска и Углегорска заинтересовались этой технологией и уже начинают приобретать СРП таких же типов. – На «круглом столе», о котором вы упоминали, представитель минэнергетики и ЖКХ области А. Сысоев обмолвился о планах вашей компании построить в Смирныховском районе на базе Хандасийско-Семиреченского месторождения обогатительную фабрику и завод для производства дизтоплива из энергетического угля, остающегося после обогащения. Будут ли эти планы реализованы? – Очень надеемся, что будут. Ведь и японцы, и корейцы, а особенно китайцы нуждаются в нашем угле не меньше, чем мы в его сбыте. Но любой продукт на экспорт не пошлешь. На мировом рынке ценится только высококачественный товар. И обогатительная фабрика в Рощино поможет эту задачу решить, а наличие железнодорожного пути делает доставку угля в незамерзающие порты Холмска и Корсакова экономически обоснованной. А при этой фабрике целесообразнее всего и разместить тот самый завод по переработке энергетического угля, не востребованного за рубежом. Это позволит обеспечить собственную потребность в жидком топливе, снизит себестоимость продукции, даст дополнительные рабочие места. Дело за небольшим: нам нужно 15 миллионов рублей на проект этих двух производств, а также около 600 миллионов на само их строительство. Окупаемость проекта не более двух-трех лет, а потом пойдет прибыль. У некоторых моих коллег может возникнуть вопрос: почему у компании, добывающей уголь только открытым, наиболее рентабельным способом и имеющей годовой оборот средств под миллиард рублей, нет денег даже на какой-то проект фабрики? Отвечаю: в такую финансовую прореху мы попадаем каждое лето, когда заканчивается отопительный сезон и коммунальщики перестают платить за уголь, поставленный им авансом в зиму. И долги эти с каждым годом накапливаются. Нынче они недоплатили около 50 млн. руб., из которых 10 млн. – прошлогодний долг. До 40 млн. руб. доходят летом и недоплаты энергетиков, конкретно – ГРЭС и ТЭЦ-1. В итоге мы и сами становимся время от времени неплатежеспособными со всеми вытекающими последствиями. А с такой финансовой историей в банк за кредитом даже не заглядывай… – И все же, несмотря ни на что, вы продолжаете развиваться, строить довольно смелые планы на будущее? – Да, несмотря на перечисленные выше трудности, мы с оптимизмом смотрим в будущее. И самая главная наша опора – это дружный, сплоченный коллектив, без которого все наши планы были бы утопией. Поэтому, пользуясь случаем, хочу поздравить с Днем шахтера всех работников и ветеранов угольной отрасли. Желаю им и их семьям крепкого здоровья, благополучия и счастья в личной жизни, неиссякаемой энергии на долгие годы, дальнейших успехов в нашем нелегком труде. Беседовал А. ЛАШКАЕВ.