Огата Сюнко.
Огата Сюнко.
Огата Сюнко.

Областной художественный музей открыл два выставочных проекта. Такие разные на первый взгляд, они имеют нечто общее – оба поднимают пласт национального искусства. Оба – «Силуэты на рыбьей коже» Вероники Осиповой и искусство тигири-э от Огата Сюнко – представляют людей, для кого хобби стало делом всей жизни, и произведения кропотливой «ручной» работы, которым верность традициям обеспечила успех и моду.

Кожа чистого золота

«Силуэты на рыбьей коже» представляют универсальные умения известного мастера из Ноглик Вероники Осиповой. Все то, чем славятся рукодельницы сахалинского Севера, в ее творчестве получило яркое и стильное развитие: шитье национальной одежды уильта и эвенков, создание сувениров и аксессуаров, вышивка шелком, бисером, но, конечно, главный «козырь» выставки – декоративные панно из рыбьей кожи. В старину прочная рыбья кожа шла на изготовление многих нужных вещей – от одежды и обуви до палаток и парусов. А Вероника Осипова сделала ее пространством прекрасного. Лаконичные, небольшие по формату панно обрамлены мехом (нерпы, собаки, оленя), затейливыми зооморфными орнаментами и в музейном пространстве смотрятся как окна в жизнь уильта, прошедшую и настоящую.

Вероника Осипова.
Вероника Осипова.

Интерес к этому материалу у Вероники Осиповой устоялся не сразу, но сейчас этому ремеслу отдано больше двадцати лет. И затягивает так, что она может работать «от рассвета до заката», времени не замечая, и каждую рыбешку жалко выпустить из рук – вдруг в ней что-то зашифровано. Только художник может сказать, что кожа наваги хороша особенно для зимних пейзажей, а кунджи – для неба. По словам автора, сама фактура рыбьей кожи подсказывает будущий сюжет, а она лишь помогает ему «родиться». И в сплетение рыбьих «лепестков» тонким язычком туши (это ее авторская находка) вписываются сцены охоты и рыбалки, отважные охотники и рыбаки, смешная девчушка, радующаяся грибной удаче, и долгие реки меж сопок… Иногда она использует краски, но в большинстве своем рыбьей коже с ее богатейшим цветовым спектром «подпорок» не нужно. По сути, на оригинальнейшем материале – золотистой и серебристой коже различных сахалинских рыб-кормилиц – она создает энциклопедию своего народа, пронизанную поэзией, огромной любовью к своей земле и стремлением запечатлеть ее облик на века.

Вместе с мамой, Еленой Алексеевной Бибиковой, рукодельницей и знатоком языка уильта, Вероника Осипова создала коллекцию национальной мужской и женской одежды, применив вышивку бисером, шелком, подшейным волосом оленя, продержку кожаными полосками. Такие ульбаху (праздничная рубашка), пэру (штаны) и гару (ноговицы), с нарядными сумочками-кисетами, что представлены на выставке, носили предки нынешних уильта. А уж совсем уникальными можно считать «рыбьекожаные» иллюстрации В. Осиповой к «Легенде о Манга Мэргэ», переведенной на русский язык Е. Бибиковой, – новое слово в книжной графике. Для экспозиции ее панно собирали по музеям и частным собраниям, но, может быть, образчики ее удивительного мастерства удастся приобрести на ярмарке фестиваля ремесел коренных народов Сахалина «Живые традиции» 5 – 7 августа.

«Бумажные» краски

Искусство отрывной аппликации тигири-э впервые показала на Сахалине мастер Огата Сюнко из Саппоро. Эта изящная техника неотъемлема от рисовой бумаги васи, в которой ценилось не только ее утилитарное назначение, но и красота и прочность. То есть не было бы бумаги, которую делают с древнейших времен из коры шелковицы и до сих пор, не о чем было бы говорить.

В тигири-э (что переводится как «отщипывать», «отрывать») используют свойство бумаги васи, позволяющей создавать двухмерные изображения. Из «лохматых», шероховатых фрагментов бумаги, многослойно приклеиваемых на основу, создаются утонченные картины, успешно имитирующие живопись. В них, воздушно-прозрачных, когда-то черпали вдохновение французские импрессионисты. Особенно удачна эта метода для создания цветочных композиций – канонического для японского искусства мотива. Но Огата Сюнко не ограничилась традицией: жанровое разнообразие выставки охватывает милые портреты детей и домашних животных, пасторальные пейзажи, праздничные сюжеты. Глядя на которые буквально ощущаешь душевное тепло, вложенное в них мастерицей. На протяжении сорока лет импровизация и неограниченная свобода маневра выработали ее стиль – возведенную в культ красоту обыденности.

В прямом понимании слова учителя у нее не было, рассказала Огата Сюнко. «И это хорошо, я выросла без чьего бы то ни было «давящего» авторитета. Что хотелось, то и воплощала». Но все же не стоит сбрасывать со счетов уроки, которые она переняла от отца, железнодорожника по профессии, занимавшегося на досуге живописью и каллиграфией. В картинах в технике тигири-э воплотились и собственные увлечения Огата Сюнко акварелью, каллиграфией, да и из васи она создает много чего полезного – предметы одежды, посуду, украшения.

Для японской гостьи этот визит был еще и долгожданной встречей с местами, где прошло ее детство. Поклонников тигири-э на Сахалине несомненно станет больше – в Томари, Долинске, Холмске Огата Сюнко провела мастер-классы. Мастерица совершенно уверена, что любому по плечу это очаровательное искусство, главное – наличие у вас образного художественного мышления, а остальное приложится.

И. Сидорова.