Две семьи живут в этом бараке без воды.
Две семьи живут в этом бараке без воды.
Две семьи живут в этом бараке без воды.

Из двухэтажного деревянного барака по улице Хабаровской в Южно-Сахалинске жильцы переселены в новое жилье, не съехали только Ивановы и Николаевы – по ним суды по выселению еще не закончились. Тепло и электричество в бараке присутствуют, но водоснабжение уже отключено.

Две семьи отказываются съезжать, считая, что городская власть поступает с ними несправедливо, снова вселяя всех вместе в одну квартиру, хотя они не родственники.

Официально квартира № 6 в доме № 8 по ул. Хабаровской никогда не числилась коммунальной, но в ней уже больше сорока лет живут две чужие семьи.

Нина Борисовна Николаева пришла работать в Южно-Сахалинскую КЭЧ в 1976 году, свободных однокомнатных квартир в военном ведомстве тогда не было, и ей дали комнату в трехкомнатной квартире, две другие занимала семья Никитиных.

Уже нет того главы семьи, нет его сына, женившегося после вселения Нины Борисовны. Сегодня в двух комнатах живут Наталья Иванова, внучка дедушки Никитина со своим 16-летним сыном, а также ее мать. Четвертое поколение выросло в коммунальной квартире! И теперь, когда дом идет под снос, власти эту коммунальную квартиру – наследие прошлого века – переносят в новое жилье! Ивановы и Николаевы, естественно, этого не хотят.

Входить в положение этих двух семей никто не собирается. По жилищному законодательству жилье по переселению из ветхого и аварийного фонда предоставляется исключительно той же площади и с таким же количеством комнат, которые имелись в аварийном доме. Предоставление это носит компенсационный характер и гарантирует условия проживания, не ухудшающие те, что были прежде, но улучшающие их с точки зрения безопасности.

Для улучшения жилищных условий, в смысле получения отдельных квартир, существует городская очередь, напоминают чиновники. Говорят: вы, Ивановы и Николаевы, в ней состоите, так что ждите. Улучшить вам условия проживания вне этой очереди нет оснований.

А номер очереди Николаевых – 2540-й, Ивановы еще дальше. И очередь эта практически не движется, соответствующее жилье не строится. В семье Ивановых взрослеет сын. Похоже, пятое поколение тоже появится в коммунальной квартире!

В неофициальной беседе один из чиновников сказал мне следующее: «Послушайте, что вы все время говорите про чужие семьи. Не могут семьи, столько лет прожившие в стенах одной квартиры, оставаться чужими. Зачем делать на этом акцент?».

Конечно, в бытовом смысле Николаевы и Ивановы не чужие. Наталья Иванова родилась после поселения Нины Николаевой в этой квартире. Для Натальи тетя Нина была в ее жизни всегда, как и для ее сына Славы. По-соседски семьи помогали друг другу. Например, когда Славик подрос, ему поставили диван на кухне. Чтобы освободить место, тетя Нина пожертвовала своими удобствами, перенесла кухонный стол в свою комнату. Но формально это все же две чужие семьи, которым хочется пожить отдельно. Даже близкие родственники устают друг от друга, мечтают разъехаться, чтобы сохранить хорошие отношения. Что же говорить о людях, не состоящих в родстве?

И когда кто-то, со стороны глядя на жилищные проблемы других, рассуждает подобным образом, хочется сказать: «А вы возьмите к себе чужую семью, сдружитесь и станьте родными».

На Сахалине, думается, не так много подобных примеров. Да, в семидесятые годы прошлого столетия имелось некоторое количество жилья с подселением, как это тогда называлось. Одна моя знакомая с маленькой дочкой занимала комнату в десять квадратных метров в малогабаритной двухкомнатной квартире. Условия жизни были еще те, но она все-таки выбралась из этого общежития. Прошло столько лет, думалось, что квартир с подселением уже не осталось, оказалось, живы и еще обновляются!

Когда-то власть была не в состоянии предоставить двум семьям отдельные квартиры, не в состоянии и теперь. Семьи тоже оказались не в состоянии изменить жилищные условия своими силами. Дефицит доступного жилья так взвинтил на него цены, что большинству населения для приобретения квартиры остается только ждать какого-то чуда. Обратите внимание, как активно сегодня раскупаются билеты жилищной лотереи. Люди больше уповают на удачу, так как в реальной жизни надеяться не на что.

Впрочем, Наталья Иванова еще питает надежду на областной суд. Полагает, что суд разберется и применит к их обстоятельствам законы, проигнорированные городской инстанцией. В апелляционной жалобе она доказывает, что, учитывая нахождение семьи в очереди на жилье, по закону ее семье жилье должно было предоставляться по нормам предоставления, то есть по 14 квадратных метров на человека, не считая общей площади. Это 42 квадратных метра. По этой же логике Николаевым, матери и взрослому сыну, должны дать жилье площадью 28 «квадратов». Естественно, в строящемся сегодня социальном жилье не найдется такой квартиры, чтобы она по площади удовлетворила запросы двух семей, следовательно, надо предоставлять две.

Новая квартира на улице Тихой не устраивает эти семьи по многим параметрам. Отставив главный из них – что это коммунальное жилье – в сторону, Наталья Иванова рассказывает: она почти на семь «квадратов» больше старой квартиры, но жилые метры ушли в общую площадь. Там большие коридоры, но кухня в новой квартире маленькая, двум семьям места в ней не хватит. Здесь, в бараке, у семей были разные лицевые счета на коммунальные услуги, там как-то придется разделять оплату за электричество и газ – двух хозяев в жилье не предусматривалось.

Качество строительства очень низкое. Наталья много раз была на новой квартире, обнаружила большое количество недоделок: где-то не хватало линолеума, обоев, плинтусов, в щель между рамами окон и стеной пролезала рука, в одной из комнат была плесень. Она предъявила претензии по этим недоделкам, их устраняли, но в приемке произведенных работ будущие жильцы не участвовали.

В праздничных репортажах о вручении ключей новоселам и их первых шагах в новом жилище звучит столько благодарственных слов в адрес властей! Многие, действительно, искренне радуются, что гнилые бараки остались позади.

Но переселение устраивает не всех. Кто-то не желает перебираться из центра города на окраину; кто-то считает, что построенное новое жилье быстро перейдет в разряд ветхого, поскольку строится из дешевых материалов неквалифицированными работниками. Часть семей протестует против того, чтобы новые квартиры выделялись из расчета «метр на метр», поскольку в ожидании переселения в ветхом жилье расплодились новые семьи, которые законом не учитываются.

С начала реализации программы по переселению из ветхого и аварийного жилья новые квартиры получили почти три тысячи южно-сахалинских семей, около 350 из них пришлось переселять принудительно, предварительно выселив из старого жилья через суд. Цифра немаленькая и требует анализа и обобщений.

Ивановы и Николаевы пока остаются в бараке, на торце которого городские энтузиасты разместили стайку разноцветных стилизованных рыбок – люди пытались придать ветхому строению оптимистический вид. В общем-то частично задумка удалась.

Чтобы придать оптимизма двум живущим здесь семьям, нужно решить их проблему. Власть заявляет: она нерешаема, нет таких законов, которые бы защитили Ивановых, Николаевых. Да уж, сегодняшним чиновникам работать нетрудно: за них все решают законы, инструкции, положения. Следует только придерживаться написанного и не заморачиваться чужими судьбами.

Между тем в последние годы получили огласку масштабы служебного жилья в Южно-Сахалинске. Выяснилось, что представителям власти оно выделяется даже если у них в собственности есть свое. И выделяется не в домах, построенных по социальным программам. И еще оплачивается, несмотря на высокие заработки «больших» людей. Ивановым же и Николаевым, получается, суждено всю жизнь провести в коммуналке.

Н. КОТЛЯРЕВСКАЯ.