Через 20 лет родственники узнали о судьбе малыша

32

Из Владивостока в редакцию позвонила Анастасия Черникова, поделилась радостью: ее семья нашла на Сахалине близкого родственника. Сергей – двоюродный брат ее мужа. Черниковы видели Сергея совсем маленьким. Тогда его мать вышла замуж за сахалинца, и все они уехали на остров. Вскоре связь с ними прервалась.

Черниковы не знали, что отчим Сергея умер, а мать потеряла жизненный ориентир, и мальчик в восемь лет оказался в анивском социально-реабилитационном центре. Он воспитывался там до положенных по закону 16 лет, год пробыл в Троицком детском доме.

Когда родственники об этом узнали, мало сказать, что сильно расстроились. Были в шоке! С тетей Сергея, Надеждой Николаевной, рассказывала Анастасия, даже случилась истерика. Черниковы – семья потомственных военных. Долг, честь, совесть для них не пустые слова. Конечно, имей они информацию о судьбе сахалинских родственников, никогда не допустили бы, чтобы Сергей рос в детдоме. Но связи с ними не было. Письма, телеграммы, адресованные Вере Черниковой, возвращались обратно. А на запросы о ее местонахождении приходили отрицательные ответы.

Нашелся Сергей благодаря социальным сетям и тому, что мать дала ему свою семейную фамилию.

– Я проговорила с ним по телефону часа четыре, – рассказывает Анастасия. – С такими детдомовцами еще не встречалась. Парень коммуникабельный, развитый, воспитанный. Удивил тем, что сам, того не зная, выбрал семейную дорогу – он военнослужащий по контракту. Мы все благодарны за воспитание Сережи.

Конечно же, я встретилась с Сергеем Черниковым. Действительно, видный парень, с хорошими манерами, общительный, открытый. Сейчас ему 26 лет. Закончил промышленно-экономический техникум по специальности техника-механика по эксплуатации дорожно-транспортных средств, но пошел служить в армию и остался там на контрактной основе.

Как сирота, получил однокомнатную квартиру в Аниве. Был женат, дочке три года. Говорит, что с ребенком общается. Почему не сложилась семейная жизнь, я его не спросила. Всякое бывает.

Очень хорошо отзывается Сергей об анивском социально-реабилитационном центре, о тех взрослых, под чьим приглядом прошла большая часть его жизни. Говорит, что были они в меру строги, но дети чувствовали их искреннюю заботу и любовь. А повара – так те любили баловать питомцев вкусной едой, часто отходя от утвержденного меню.

А одна из поварих была матерью его лучшего друга Артема. И ее семья стала для парня опорой. Старший брат Артема помог с устройством на работу, и он же потом, узнав, что одно время Сергей попал в какую-то нехорошую компанию, сказал: «Тебе там нечего делать».

Сергей считает большим везением воспитание в анивском СРЦ, в почти домашней обстановке, где приучали и к труду, и к самостоятельной жизни. У него десятки примеров других судеб воспитанников государственных учреждений, которые ничего не умеют и ничего не имеют. Квартиры, которые им дало государство, проданы, работать они не хотят.

Парень повзрослел, и теперь его часто занимают мысли о маме, Вере Дмитриевне Черниковой. Сергей знает, что она умерла, но не знает, где похоронена. Очень хочет найти ее могилу. Говорит, что скорее всего она лежит в безымянной могиле под номером. Он не держит на нее зла и, когда говорит о причинах, по которым попал в приют, деликатно упоминает о нервном срыве мамы после смерти отчима.
Сейчас Сергей весь в ожидании встречи с владивостокской родней. Его там ждут. Ему там заранее рады.

Наталья КОТЛЯРЕВСКАЯ.