Как я не стала наркоманкой. Легко оказаться в сетях соблазна

25

Честно сказать, в молодости мне хотелось попробовать какой-то наркотик, чтобы понять, что в этой «дури» находят наркоманы.

Ну и вообще чтобы поставить галочку: дескать, я это прошла, мне зачет.

Но когда в 50-летнем возрасте мне представился случай вкусить запрещенный плод, я испугалась.

Не уголовной ответственности, а того, что может появиться зависимость с первого же употребления. Я про это читала.

Случилось это десяток лет назад на островке Липе, что затерялся в Андаманском море.

В ту пору он еще не был так цивилизован, как сегодня, и наша компания из шести человек могла увидеть Таиланд почти в первозданном виде.

В день приезда мы сходили вечером в местный ресторан, обслуга которого показалась нам обкуренной.

А когда подходили после ужина к своим бунгало, к нам обратились два молодых тайца и предложили папироски с марихуаной. Один из туристов купил несколько и потом долго уговаривал всех по очереди покурить вместе с ним.

Особенно долго он обрабатывал меня, потому что видел мои колебания. Я боролась с собственным любопытством, а также с бравадой. Но не сдалась им.

Всю ночь в соседних бунгало, где жили итальянцы и немцы, не стихали взрывы смеха. Наверное, там курили марихуану.

Поэтому я очень хорошо понимаю, что толкает к наркотикам совсем молодых. Им хочется новых впечатлений и ощущения своей крутизны: все боятся, а я попробую наркотик.

В 90-е годы прошлого столетия многие подростки на этом погорели.
Была у меня подруга, умершая в 40 лет от рака поджелудочной железы.

У нее остался 15-летний сын, которого взяла к себе бабушка, мать подруги Тамары. Бабушке приходилось много работать, поэтому друзья внука Саши собирались в ее квартире.

В ту пору был разгул криминала и наркомании. Бабушка не сразу узнала, что и Саша балуется наркотиками. Сначала она обратила внимание, что из дома стали пропадать эмалированные миски и мелкие кастрюльки.

А потом, как-то придя с работы раньше времени, она застала внука и его друзей за странным занятием: они что-то варили в эмалированной миске на подошве раскаленного электрического утюга, в квартире пахло какой-то травой и ацетоном.

Женщина, конечно, сообразила, что это был какой-то наркотик.

Поняла, куда ушла из дома посуда – ее попросту выбрасывали после использования.

Она выгнала из дома компанию, но никуда сообщать о художествах подростков не стала, потому что в них участвовал и внук.

После этого Саша стал встречаться с друзьями на стороне, часто являлся домой под утро. В школе стали жаловаться на то, что он не готовит уроки, стал рассеянным, на уроках спит.


Бабушка проводила с ним душеспасительные беседы, которые он выслушивал со скукой, а потом, не стесняясь, стал посылать свою бабулю куда подальше.

Потом вообще перестал ходить в школу, а дома появлялся, чтобы взять что-то на продажу. У бабушки исчезло все золото, дошла очередь до бытовой техники.

Женщина страшно переживала, что не смогла воспитать внука хорошим человеком, что не знает, как вернуть его к нормальной жизни. Она по-прежнему не хотела огласки, никуда не обращалась за помощью.

Из-за стрессов у нее развилась онкология, и она «сгорела» за какие-то полгода.

Саша объявился, чтобы наследовать квартиру, продал ее (он уже был совершеннолетним) и исчез.

Я больше его не видела и не слышала о сыне моей подруги. Думаю, он сразу же спустил деньги, полученные за квартиру, и где-нибудь загнулся. Пусть простят мне читатели это слово.

Что конец у наркоманов один, если они вовремя не остановятся, говорит и пример моего соседа.

Он начал наркоманить, видимо, после перестройки, потому что, когда я въехала в этот дом в конце 80-х, Леша уже вовсю баловался самодельными наркотиками.

Все в подъезде знали, что он производит их в своей квартире, все вдыхали специфический «аромат» его продукции, все страдали от Лешиных выступлений под «кайфом», от его шумных ночных компаний, но никуда не жаловались.

Это я как-то попыталась покачать права, потому что жили мы с Лешей через стенку и мои дети не могли уснуть.

Но на мой настойчивый стук в соседнюю квартиру оттуда выскочил невменяемый сосед с ружьем. Я еле успела забежать к себе и закрыть дверь.

Все другие жильцы в подъезде жили незадолго до этих событий с родителями Леши в одном бараке, после переселения в новый дом родители погибли в автомобильной катастрофе, и соседи жалели его как сироту, как потерявшегося в жизни человека.

Они рассказывали, что совсем недавно Леша был хорошим, отслужил армию, там научился вождению и работал после в автоколонне, где платили очень хорошие деньги.

А потом резко свернул с этой дороги, стал наркоманить. Родителей уже не было, остановить его было некому.

С этим Лешей я прожила по соседству добрых два десятка лет. Ночи, в которые я нормально спала, можно было пересчитать по пальцам.

Я со временем осмелела, стала жаловаться на Лешу в милицию, вызывать по ночам наряды.

Участковый приходил пару раз проводить профилактические беседы, после которых шум через стенку только усиливался.

А потом соседа убили. Сделал это кто-то из его гостей. Причем в ту ночь за стенкой было тихо, я никаких подозрительных шумов не слышала.

Если кто-то и пожалел о Леше, то тихо, про себя. А вообще-то соседи поздравили друг друга с избавлением.

Кроме этих случаев я как-то не сталкивалась ни с наркотиками, ни с наркоманами. Для себя я вынесла из этого небольшого опыта понимание, что помочь человеку, увлекшемуся наркотиками, желательно на самом раннем этапе.

Надо наполнять жизнь наших детей интересными занятиями и событиями, чтобы у них не возникало желания расцветить ее искусственно, с помощью «дури».

Детское любопытство нужно трансформировать в любознательность. А для демонстрации и бравады подобрать подросткам опасные виды спорта.

Наша родительская беда в том, что нам приходится много работать, мы не видим детей, у нас нет времени присмотреться к их привычкам, образу жизни, окружению, чтобы вовремя забить тревогу.

На днях внучка-третьеклассница рассказала, что ребята-восьмиклассники в ее школе жуют какой-то табак.

«Наркотический», – сказала она мне на ухо страшным шепотом, как какой-то ужасный секрет. У учеников-малышей этот факт, видимо, вызвал большое любопытство и какой-то восторг.

Табак этот, как я выяснила, не считается в правоохранительных органах наркотиком, но какой-то дурманный эффект он, наверное, оказывает, если им пользуются?

Наркотик это или нет, но даже малыши уже им заинтересовались. И меня это сильно встревожило. Кого-то из детей любопытство может повести дальше…

Мария Михайловна, г. Южно-Сахалинск.