7 дней

На минувшей неделе в Южно-Сахалинске опять говорили о строительстве моста на материк. По этому поводу была созвана научно-практическая конференция, которая благодаря участию японцев получила статус международной. Именно на Японию и делается нынче главный расчет: ее соблазняют идеей прямого выхода на Евросоюз по нашему еще непостроенному мосту через пролив Невельского и такому же умозрительному переходу через пролив Лаперуза.
И что же японцы? Они вежливо отвечают, что пока только изучают наш глобальный замысел. В переводе с дипломатического это означает нет. И другого ответа, похоже, не будет. Немалую часть того, что Япония сегодня продает в Европу, она давно производит в других странах, где дешевле рабочая сила. И нет никакого резона эту продукцию, например, из Малайзии везти сначала в Японию, чтобы потом через Россию отправить в Амстердам. Кроме того, японцы  в силу экологических соображений не возят товары по железной дороге. Но если они вдруг (пересох Суэцкий канал) и обратятся к этому виду транспорта, то в походе на Европу, не исключено, выберут совсем другой маршрут – под дном Японского моря. Эта затея обсуждается (с Южной Кореей) уже 34 года, в 2009-м для ее продвижения был создан специальный комитет, что, однако, так и не привело к практическим последствиям.
Трансъяпонский туннель и наш мост, как братья. Их «роднит» астрономическая смета расходов на строительство и ярлык экономически невыгодного проекта. Тем не менее находятся чиновники, которые утверждают, что проект моста должен окупиться. Один наш министр заявил: единственное, что позволит это сделать, – налаженная перевозка угля в Хабаровский и Приморский края, где сахалинский уголь будет конкурировать с якутским… Сомнительно, что такая конкуренция возможна. Во-первых, якутские месторождения не исчерпаны, и там костьми лягут, защищая свои рынки сбыта. Во-вторых, чтобы снизить цену на островной уголь и остаться с прибылью, нужно сократить издержки. Как? Расчетов нет. Не будем забывать, что наша угольная промышленность давно находится в частных руках. Хозяева шахт и разрезов не балуют сахалинских шахтеров высокими зарплатами и плохо платят налоги. И вот в благодарность за это им следует построить мост?
Когда нет убедительных аргументов, не надо заниматься фантазиями. Герой известной сказки Бориса Шергина построил мост за ночь, переместив волшебное кольцо с пальца на палец. Вопрос целесообразности строительства при этом не был актуальным. Мы лишены подобной роскоши. Со сказкой совпадаем только в одном: возить по мосту, в сущности, нечего. Хотя наземный переход на материк в принципе не был бы лишним. Но какова цена вопроса? В начале 2000-х называли цифру 4,5 млрд. долларов, сейчас – 13 – 14 млрд. И где эти деньги?
Заманчивой идее не один десяток лет. Она и впредь будет увлекать тех, для кого зарабатывание на прожектерстве – неотъемлемая часть профессии. Для них процесс строительства моста важнее самой потребности иметь такое сооружение. Проектировщики десятков институтов получат хлебную работу на несколько лет,  а региональные власти – инвестиционный проект, который всегда можно предъявить как доказательство своего стратегического мышления. Да, на период строительства появятся тысячи рабочих мест, но укомплектовывать их придется в основном варягами… Единственное, что сегодня может положительно решить судьбу проекта, – это политические соображения.
О. ЧИРКОВ.