Суббота, 13 июля, 2024

Друг нивхов и рыжий директор. Страницы былого

«Советский Сахалин» продолжает публикацию материалов, посвящённых предстоящему юбилею – 100-летию со дня выхода первого номера газеты.

Некоторые асы «Советского Сахалина», если верить редакционным преданиям, наряду с комплиментами, признанием своих профессиональных умений получали от коллег ещё и прозвища.

Так, Арнольд Пушкарь, который любил и умел рассказывать о нивхах, звался «большим другом малых народов», а Вениамин Анциферов – «директором».

Впрочем, «начинал» Анциферов в «Советском Сахалине» с другого прозвища – «рыжий».

Получил он его за шевелюру – огненную и пышную – сразу как только появился в редакции в 1949 году.

Тогда Анциферов с ещё одним студентом журфака Уральского университета прибыл в Южно-Сахалинск на практику. Это были первые практиканты, которых принимал «Совсах».

На следующий год Анциферов приехал опять, да так расписался, что решил остаться в редакции и перей­ти на заочное отделение.

Два года, можно сказать, жил в своём редакционном кабинете, спал на газетных подшивках.

Когда спрашивали: «Ну как там тебе, не холодно?», отвечал, что нормально, только жестковато. Со временем заматерел, женился, обзавёлся детьми. Стал заведующим отделом промышленности…

А «директором» Анциферова прозвали за его грамотные и обстоятельные статьи и организаторские подвиги.

Редакционному ветерану Ольге Игошиной запомнился такой случай.

Уехал Вениамин в командировку в один из отстающих леспромхозов выяснить причины его отставания. А прожил там два месяца.

Побывал на лесопунктах, верхнем и нижнем складах, а потом сидел с директором в его кабинете, и они вместе «вытаскивали» леспромхоз. И вытащили. Не в передовые, но хотя бы в рядовые.

Когда к Вениамину приставали с вопросами, как он решился на такое, он отвечал: «Газета не только коллективный пропагандист и агитатор, она и коллективный организатор. Кто сказал?».

Тогда это звучало убедительно. И главное, соответствовало духу времени.

А про «большого друга малых народов» Пушкаря ходила другая байка.

Её от одного поколения совсаховцев другому передавали со ссылкой на рассказ Юрия Мокеева. Вот как эта история выглядела в интерпретации всё той же Ольги Игошиной.

Как-то Мокеев, журналист «Советского Сахалина», прибыл в Охинский район в село Некрасовку.

После какого-то собрания, на котором было объявлено о присутствии корреспондента, обратился к нему молодой нивх: «Товарищ Мокеев! К нам перед вами товарищ Пушкарь приезжал, рассказывал в «Советском Сахалине» потом о нашей семье. Отец мой отказался пере­ехать в новый дом, остался в старом жилище, охотой промышляет, олешки у него, короче – по-старому живёт. Ну а мы, молодые, решили жить по-новому, вот переехали в новый посёлок, трудимся сейчас в артели «Красная заря». Всё правильно корреспондент написал, ни слова вранья. Только получается, что я – передовой товарищ, а мой родитель – отсталый человек, своей же выгоды не понимает.

Вот и подкатил однажды отец на собачках к моему дому, выволок меня на улицу да на глазах у всех отходил кнутом за то, что опозорил я своего почтенного родителя, а у нас, нивхов, этого не положено делать. Я и не хотел, сказал, как было, а оно вон что получилось. Ладно, думаю, сам виноват, получил, что заслужил. Соседи смеются. Но что делать – пережил я эту взбучку, хотя и виноватым себя не чувствовал. А когда пришла в Некрасовку газета «Известия» с этой же статьёй товарища Пушкаря и отец вторично приехал меня кнутом охаживать, вся улица сбежалась.

«Так, – говорят, – его, так, пусть не оговаривает старших. Ты ж его предупреждал уже». Я кричу, что больше того корреспондента в глаза не видел. Не верят: откуда же, говорят, журналист это взял тогда?

А вот что было, когда отец в третий раз приехал – этого я и пересказать не могу, – чуть не плакал нивх.

– Вы уж передайте товарищу Пушкарю, чтоб он больше о нашей семье не рассказывал»…

Бедный парень! Тогда ни он, ни Мокеев ещё не знали, что уже вышла «Комсомолка» со всё тем же очерком Пушкаря. Воистину журналисту не дано предугадать, как напечатанное им слово отзовётся.

Владимир МИХАЙЛОВ.

Справка

Анциферов Вениамин Петрович в мае 1964 года перешёл на работу в «Советскую Россию».

Пушкарь Арнольд Игнатьевич находился в штате «Советского Сахалина» с мая 1958-го по октябрь 1965 года.

Уволился по переводу в распоряжение редакции газеты «Известия».

 

ПОХОЖИЕ ЗАПИСИ
баннер2

СВЕЖИЕ МАТЕРИАЛЫ