Как разменная монета. Когда семейная жизнь не складывается, страдают дети

Фото: twitter.com

Моя история созвучна той, что опубликована 7 февраля 2020 года («Завоевала, чтобы потерять»). Там бывший муж не давал бывшей жене общаться с дочкой, запугав ребенка. А в моем случае бывшая невестка препятствует сыну общаться с отцом и мною, его родной бабушкой.
Сыну моему 45 лет, он добрый и мягкий человек. Заводя с ним отношения, женщина, родившая ему сына, по-моему, разработала бизнес-план, как поживиться за его счет.
Доказательства на поверхности. Ей захотелось иметь свой бизнес, она взяла помещение в аренду под парикмахерскую. Все оборудование покупал сын. Через полгода его жена все продала за 500 тыс. рублей, а деньги положила на свой счет.
Я помогла им купить машину, невестка уговорила записать авто на нее. А сын возил ее по доверенности. После ДТП страховку невестка забрала себе.
Сын организовал свой бизнес, жена уговорила его переписать магазин на нее. Я еще давала 1 млн рублей на его расширение, но денег мне не вернули. После очередной ссоры невестка выгнала моего сына из дома, сказав, что в магазине он теперь никто. И она может его взять на работу только на зарплату в 30 тыс. рублей.
Когда они купили четырехкомнатную квартиру, опять же обставлял ее сын. Но внука невестка пожелала прописать у меня – с дальним, как я полагаю, прицелом. Я не соглашалась, невестка скандалила, и тогда они это сделали в обход меня. И как-то во время очередной их размолвки она позвонила мне и сказала: «А вы знаете, я имею право проживать по месту прописки моего сына». Это переполнило чашу моего терпения.
Сын с невесткой жили плохо, постоянно скандалили: он из-за ее измен, она из-за его пьянок после ссор. У них дети как бы были поделены: дочь от предыдущего брака была «ее», а сын – «его». И когда они скандалили, невестка выгоняла моего сына вместе с малолетним внуком. Чаще всего они жили у меня, а однажды – в гостинице. Моему сыну очень хотелось жить семьей, поэтому он шел на примирение, делал все так, как хотела мать его ребенка.
Но вот когда она выгнала его совсем, отобрав бизнес и работу, сын понял, что возврата не будет, сильно напился и пошел на улицу, чтобы лечь в сугроб и уснуть навсегда. Но его нашел какой-то добрый человек, привел домой. Сын только обморозил руки и сильно простудился, но я его выходила.
Года полтора назад он уговорил бывшую жену отдать сына ему, и мальчик прожил у нас больше месяца, но она потом передумала и вернула ребенка. До этого я часто забирала внука из детского сада, но после окончательного изгнания моего сына из дома мы в детском саду встретили отпор. Воспитатель сказала, что мать написала заявление, запрещая отдавать ребенка отцу и бабушке.
И я пошла в суд. Написала два исковых заявления: с просьбой выписать внука с моей жилплощади (из-за угрозы бывшей невестки поселиться в мою квартиру) и определить время общения с ребенком.
Суд по снятию внука с регистрационного учета – это дело рассматривалось первым – длился целый год! Все это время я его не видела. Что уж там ему наговорили за это время про бабушку – остается только догадываться!
Через четыре месяца после вынесения решения, удовлетворившего мой первый иск, было вынесено и второе: я имела теперь право каждую пятницу забирать внука из детского сада в 16.00 и оставлять у себя до 12.30 следующего дня. Но ставилось условие: при наличии согласия ребенка.
В ближайшую пятницу я позвонила невестке:
– Иду забирать внука.
– Попробуйте, – ответила она.
Пришла в детский сад. Воспитатель держала шестилетнего мальчика за руку, а он говорил: «Я не пойду».
– Можно я поговорю с ним в раздевалке, – попросила я.
– Нет, только в группе.
И вот пришлось в присутствии других детей выяснять с внуком отношения. Я спросила, за что он на меня обиделся, и ребенок разрыдался. Заплакала и я. Воспитатель позвонила матери. Та прибежала:
– Ты с кем пойдешь: со мной или с бабушкой? – спросила она сына и вызывающе посмотрела на меня.
Конечно, ребенок ушел с матерью. Я попросила внука не расстраиваться, пообещала прийти в следующий раз.
На следующий день написала заявление в полицию. Сыграло ли оно какую-то роль, но в очередную пятницу мальчик уже ждал меня радостный: «Мама сказала, что я к тебе с ночевкой!».
Но в другую пятницу в 16.00 в детском саду уже были бывшая невестка с новым мужем.
– Это мой день, зачем вы пришли? – спросила я. Вместо ответа мать спросила сына: «Ты с кем пойдешь: с бабушкой или с нами?».
С тех пор каждую пятницу кто-то из них приходил: или мать, или новый отец, или оба вместе.
У меня сложилось впечатление, что воспитательница была целиком на стороне матери. Почему-то по пятницам в 16.00 меня поджидала всегда одна и та же, хотя воспитатели работают посменно. И всегда она сторожила внука до прихода бывшей невестки.
Я писала в департамент образования, жаловалась на препятствия со стороны сотрудников детского сада. Получила ответ, что вины в действиях сотрудников не найдено, мальчик сам отказывается общаться с отцом и бабушкой.
Конечно, я на этом не остановлюсь. Буду добиваться, чтобы ни мать внука, ни его отчим в «мое» время в детский сад не приходили.
Да, семейная жизнь у многих людей зачастую не складывается. Но почему при этом в отношениях взрослых разменной монетой становятся дети? Почему кроме двух виновных должны страдать другие? Дети, бабушки с дедушками?
Внучок – единственная моя отрада на склоне лет. Мне уже 82 года, так хочется побыть около него подольше.

Светлана Дмитриевна, г. Южно-Сахалинск.