Короткая память

Письмо губернатору Хорошавину Уважаемый Александр Вадимович! Учитывая важность вопроса и невозможность пробиться к вам через бюрократические препоны, областной Совет ветеранов войны, труда, вооруженных сил и правоохранительных органов вынужден обратиться к вам с открытым письмом. Дело касается увековечения и сохранения памяти первого председателя Сахалинского облисполкома Александра Осиповича Емельянова, стоявшего у истоков образования нашей области. По этому поводу в областной Совет ветеранов обратилась ветеран труда, вдова участника Великой Отечественной войны Валентина Ивановна Вишняк, работавшая в свое время секретарем в приемной Емельянова. В один из дней, отдавая дань памяти своему руководителю, она посетила на городском кладбище могилу Александра Осиповича и нашла ее в ужасающе запущенном состоянии. В связи с этим Валентина Ивановна обратилась с письмом на ваше имя, которое, конечно, к вам не попало, а вашим первым замом С. Шередекиным было отписано мэру Южно-Сахалинска А. Лобкину для рассмотрения. Отправляя, как это сегодня принято, письмо далее по нисходящей, мэр отписал его своему заместителю Ю. Алпацкому, а тот уже – конкретным исполнителям. После этого вице-мэр Ю. Алпацкий, не затруднив себя проверить, что сделано, отправил ответ заявительнице и С. Шередекину на полутора страницах, любезно разъяснив установленный порядок захоронения. При этом он указал, что к почетным захоронениям относятся только: Герои Советского Союза, Герои России, Герои и участники Великой Отечественной войны, войны в Афганистане, полные кавалеры орденов боевой и Трудовой Славы, Герои Социалистического Труда, заслуженные работники отраслей народного хозяйства, заслуженные деятели науки, образования, искусства, культуры, почетные граждане Сахалинской области, города Южно-Сахалинска. Далее г-н Алпацкий разъясняет, что муниципальное автономное учреждение «БРУ» следит за содержанием захоронений только этих категорий граждан, а «Александр Осипович Емельянов не является почетным гражданином города. Содержание места его захоронения является обязанностью родных и близких покойного». Таким образом, в ответ на обращение В. Вишняк и поручение первого вице-губернатора г-н Алпацкий пояснил обоим, что руководитель области, посвятивший себя ее образованию и становлению, не может быть удостоен надлежащего внимания. В областном Совете ветеранов не было предела возмущению, когда Валентина Ивановна ознакомила нас с этим ответом, от которого веяло холодным, казенным равнодушием, граничащим с цинизмом, составленным в лучших традициях махровой бюрократии. Правда, учитывая, что после смерти Александра Осиповича Емельянова у него никого не осталось из родных и близких, вице-мэр в своем ответе сообщил, что «в разовом порядке на безвозмездной основе выполнены работы по санитарной уборке указанного захоронения, уборке старой травы, прополке цветника». Получив этот ответ, Валентина Ивановна, побывав на могилке, с горечью сообщила нам, что это «обман, ничего не сделано, цветника там вообще не было, поэтому не было необходимости что-то пропалывать». Мы знаем, насколько трепетно относится руководство области к увековечению и сохранению памяти бывших руководителей области. В здании администрации области размещена галерея портретов ее первых руководителей, в их честь установлены бюсты, барельефы. Но при этом у нас не хватает слов, чтобы выразить возмущение, которое проявляется руководителями города Южно-Сахалинска к увековечению и сохранению памяти первого руководителя нашей области, стоявшего у истоков ее создания, председателя облисполкома Александра Осиповича Емельянова. Руководители города, очевидно, забыли, что одна из его улиц названа именем Емельянова, и после всего вышесказанного у нас складывается мнение, что они не знают, кто это такой. В связи с этим от имени ветеранов и всего старшего поколения области, которые хранят в памяти личность первого руководителя области, немало сделавшего для ее становления, просим вас, Александр Вадимович, дать оценку работникам мэрии Южно-Сахалинска, предавшим забвению память первого руководителя области и проявившим казенное равнодушие к ее сохранению. С уважением, члены президиума областного Совета ветеранов Филатов В. Н., Андреев Ю. И., Кобзев В. П., Петрухин М. Л. Человек Вместе с Валентиной Вишняк и заместителем председателя областного Совета ветеранов Юрием Андреевым мы побывали на городском кладбище, где захоронен первый председатель Сахалинского облисполкома. Тропинка к могиле заросла лопухами с человеческий рост. Облупившееся, в трещинах надгробие. Цветника действительно нет. Оградка нуждается в покраске. Положили гвоздики. Вспомнили Александра Осиповича. Вернее, вспоминала его Валентина Ивановна, а мы слушали. Он окончил финансовую академию и был энциклопедически образованным. Красивый, интеллигентный, внимательный. Современные начальники – абсолютно всех уровней – нередко, обращаясь к подчиненным, используют ненормативную лексику. Или близость к народу таким образом подчеркивают, или это считается у них, как говорил Аркадий Райкин, «умением работать с людями»… Емельянов никогда не позволял себе ни одного грубого слова, всегда был спокоен, выдержан. И это в послевоенные годы, когда война и связанные с ней лишения, казалось бы, должны были ожесточить души людей. И это – при страшном физическом перенапряжении, когда считалось нормой, чтобы руководитель работал по 15 – 16 часов в сутки. – Мне было всего 15 лет, когда в 1948 году я устроилась в Сахалинский облисполком. Тогда все начинали рано работать, и наша семья, где было шестеро детей, не стала исключением. Я с отличием окончила семилетку, но продолжала учиться в вечерней школе. Поэтому могла работать только днем – сначала курьером-рассыльным, затем машинисткой и секретарем приемной. Когда мой служебный день заканчивался, начиналась смена другого секретаря – студентки института, которая, наоборот, могла работать только вечером. И так было потому, что рабочий день Александра Осиповича длился до двух часов ночи! Любой желающий мог попасть к нему на прием – и как к председателю облисполкома, и как к депутату Верховного Совета СССР. Никакой предварительной записи. И люди шли, зная, что им действительно помогут. Это было время массового переселения, народ ехал со всей страны. В облисполкоме один отдел так и назывался: переселенческий. Конечно, у народа, начинающего новую жизнь на краю земли, проблем было тьма. Один раз услышала крик из его кабинета, заглядываю: фронтовик-инвалид, ругаясь, замахивается костылем на Александра Осиповича. – Вызвать милицию? – спрашиваю. – Не надо, Валя, сами разберемся. Через несколько минут смотрю, они уже мирно беседуют. Он был очень внимателен к сотрудникам, в том числе и ко мне, подростку. В 1950 году, в связи с празднованием Первомая, отметил приказом мою отличную работу и наградил часами. По тем временам это был бесценный подарок, на долгие годы ставший моей единственной дорогой вещью. Когда вечером я шла домой через Владимировку, то, опасаясь грабежа, снимала их с руки и прятала на груди. В 50-м году Александр Осипович чуть ли не в одночасье стал седой как лунь. В новогоднюю ночь случился сильный циклон, в котором погибло около ста человек. Некоторые замерзли прямо у своего порога – видимость была нулевой. Тогда техники не было, только лопаты. Город откапывали до весны. А в 52-м новая страшная трагедия: цунами в Северо-Курильске, смывшее несколько населенных пунктов и похоронившее в своей пучине около 2300 человек. Чего ж удивляться, что председатель облисполкома умер от сердечного приступа в возрасте всего 48 лет. И, конечно, на ходу. На проспекте имени Сталина (ныне – Коммунистическом), когда шел с работы домой. Проститься пришел весь город. Люди просили похоронить его на территории городского парка, и власть даже запрашивала разрешение у Москвы. Но там сочли это нескромным. Время Он руководил новорожденной областью (раньше она была в составе Хабаровского края) с 1947 по 1953 год. Из книги П. Леонова «Очерк истории Сахалинской организации КПСС»: «По данным переписи 1947 года, из 16422 домов в 19 городах и 14 поселках только два были каменными, а свыше 15 тысяч домов – каркасно-засыпными или барачного типа. Каждые шесть домов из семи не имели электрического освещения. Канализацией и центральным отоплением были оснащены лишь 78 домов. Надо было и строить, и приспосабливать под школы, больницы, бани, клубы, Дома культуры имеющиеся здания. Отстроили разрушенные кирпичные, шлакоблочные и лесопильные заводы. Но строительных материалов все равно не хватало. Особенно ощущалось это при сооружении крупных промышленных предприятий, таких, как паровозовагоноремонтный и рудоремонтный заводы в Южно-Сахалинске, лакобаночный комбинат в Холмске, цементный завод в Поронайске, ремонтно-механический завод в Охе, железная дорога Горнозаводск – Шебунино… Портовое хозяйство было разрушено…». Вот с каким наследством пришлось разбираться Александру Осиповичу и его команде. Только с 46-го по 50-й год сахалинцы получили 736,7 тыс. кв. м жилой площади, 12 новых школ, гостиницу «Дальневосточник». Были восстановлены все 30 шахт, организованы 38 рыбопромышленных комбинатов, восстановлено и создано 15 холодильников, 14 рыбоконсервных заводов, 5 судоремонтных баз, 17 механических мастерских, открылся филиал Тихоокеанского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии СахТИНРО. В 1950 году рыбаки добыли рыбы и морепродуктов в 1,4 раза больше, чем в 1946-м. В 11 городах были построены хлебозаводы, предприятия по выпуску кондитерских и макаронных изделий… Вот такими были послевоенные годы. Страна приходила в чувство. А острова вообще только осваивались. И аппарат председателя облисполкома состоял всего из 30 человек. – Когда я позвонила в приемную Хорошавина и попросила передать губернатору, что могила его предшественника заброшена, меня обхамили, – рассказывает Валентина Ивановна. – Секретарь сказала, что ничего устного она не принимает и, если хочу получить ответ, надо просьбу изложить в письменном виде. Я попыталась объяснить, что я вдова фронтовика, пожилой человек, инвалид II группы, мне тяжело ходить… Бесполезно: «Таких, как вы, много!». Пришлось написать, принести, зарегистрировать. Дальнейшее вы знаете… Если бы ко мне в свое время кто-то обратился с подобной просьбой, я непременно передала бы ее Александру Осиповичу. Но сейчас другие времена. Другие времена… Это какие? Героическое восстановление разрушенного экономическим кризисом хозяйства? Чем объяснить якобы сверхзанятость огромной армии наших чиновников, штампующих отписки и отмахивающихся от просящих (не за себя!) стариков, как от назойливых мух? О. ВАСИЛЬЕВА. кстати В книге «Губернаторы Сахалина», выпущенной в 2000 году, есть глава, посвященная Емельянову: «Именем его названа улица». Цитирую ее конец: «Поскольку вклад А. О. Емельянова в историю островного края огромен, его могила на городском кладбище находится под охраной государства». Автор этой главы – Кузнецова Л. А. По словам Юлии Грищенко, специалиста-эксперта отдела охраны культурного наследия агентства по культуре правительства области, такого объекта, как могила Емельянова, в реестре памятников нет. Но реестр не закончен, работа по выявлению новых объектов ведется.