Мне стыдно смотреть на больных детей и их несчастных родителей, обращающихся к телезрителям с нижайшей просьбой о спасении жизни дорогих им малышей. Причем иногда речь идет не о миллионах рублей. «Проблему могут решить 260, 300, 350 тысяч, – несется с экрана, – но родителям эту сумму не собрать и за пять лет». В то же время всем известно, что для некоторых российских граждан эта сумма – доходы за полмесяца, а то и меньше. Эти граждане благоденствуют, а множество детей попросту умирают, не дождавшись помощи.

Есть у нас в стране и граждане, чей дневной заработок составляет 1 – 2 млн рублей. Это руководители госкорпораций, торгующих общенациональными богатствами. Прошу прощения, но слова, что они эти деньги зарабатывают, на мой взгляд, звучат цинично.

Физические, интеллектуальные, эмоциональные возможности людей все же ограниченны. И если мой муж, имея два высших образования, «пашет» в фирме по установке оборудования на предприятиях, имея всего один выходной в неделю, не зная отпусков и соглашаясь на долгие командировки, и зарабатывает только 120 тысяч в месяц, то уж не знаю, как и чем можно зарабатывать два миллиона в день. Какие усилия приложить? На мой взгляд, эти люди свои деньги просто получают. Им сделали такой подарок на уровне федеральной власти. И это ужасная несправедливость.

К чему мое письмо? Я очень рада, что сегодня российской властью создан фонд помощи больным детям. Богатым людям наконец-то увеличили подоходный налог.

Всего на 2 процента, но это позволит собирать ежегодно 6 млрд рублей на закупку дорогих лекарств, способных спасти жизнь малышам.

Но это, так сказать, терапевтическая помощь. Фонд будет оплачивать дорогие лекарства. Хирургия же по-прежнему остается за добрыми людьми. А ведь недельного заработка некоторых больших начальников может хватить не на одну операцию по спасению детей. Может, все-таки добавленных двух процентов налога маловато? В других странах богатые люди платят огромные налоги, а у нас их жалеют.

Еще мне не дает покоя стоимость лекарств для детей с редкими заболеваниями. В какой-то передаче прозвучало, что один укол стоит 167 млн рублей. Такое впечатление, что производят лекарство где-то на Марсе и требуется снаряжать экспедицию, чтобы доставить эту ампулу на землю. Трудно вообразить, из чего производится такой препарат.

Ксения РАТУШНЯК, г. Южно-Сахалинск.