Непереселенные. И забытые? Местная бюрократия отнимает у сахалинцев надежду на получение жилья

Пока мечты.

К истории вопроса
Массовое жилищное строительство на Сахалине началось сразу после войны — практически одновременно с прибытием на остров первых переселенцев из западных областей Союза. В 1950 году число заселившихся на освобожденных от японцев территориях достигло более полумиллиона человек. На Сахалине к тому времени было построено или капитально отремонтировано около трех тысяч домов. В первую очередь застраивались рабочие поселки, население которых занималось добычей нефти или угля, рыбным промыслом или лесозаготовками: Катангли, Шебунино, Паромай, Первомайское, Пильво, Пильтун…
Это позже на острове начнут массовым порядком строить «хрущевки» и «брежневки» — панельные дома в 4 – 5 этажей, пусть и с маленькими кухнями, зато со всеми удобствами. А в 50-е годы жилой фонд в сахалинских городах и поселках составляли преимущественно двухэтажные каркасно-засыпные дома и одноэтажные деревянные бараки. Для приехавших с материка отсутствие в домах канализации и водопровода казалось несущественным на фоне щедрых северных надбавок и продолжительных отпусков.
В конце прошлого века строительная отрасль на Сахалине впала в финансовую кому, а остров накрыла волна тотальной приватизации. Прошло более двадцати лет, прежде чем в регионе возродилась идея массового строительства общедоступного жилья.
Одной из главных причин стала проблема ветхих и аварийных домов — наследие пятидесятых годов давно уже прошлого века. Даже в областном центре сегодня еще можно увидеть образцы советского деревянного зодчества, что же тогда говорить о сахалинской глубинке? И уж тем более о бесперспективных поселках, в которых никаких предприятий давно уже нет, а люди (в основном пенсионного возраста) еще остались.

4137 островитян
планируется заселить
в новые квартиры
до 2025 года

«Я сильно удивился, когда узнал истинное положение дел с аварийным жильем. Скажу откровенно, я даже не подозревал, что это может быть так запущенно», — признался губернатор Валерий Лимаренко, выступая на прямой линии в декабре 2019 года. Свою недостаточную информированность глава региона объяснил тем, что официальные цифры не соответствуют реальной картине, которая открылась ему в поездках по Сахалинской области.
И в самом деле. Согласно официальным данным, на 1 января 2017 года в домах, находящихся в ветхом или аварийном состоянии, проживало 80 тысяч сахалинцев. Фактически же их насчитывается гораздо больше — примерно 150 тысяч.
И ведь всех расселить надо…

Оптимизм в квадратах
Реализация программы переселения из ветхого и аварийного жилья в регионе началась с создания реестра старых домов и выделения участков под строительство. Сколько жилья и где его строить — решали сами муниципалитеты городских округов. Были составлены реестры домов, признанных аварийными до 2012 года. Началось строительство. В 2013 – 2016 годах в Сахалинской области было расселено 4100 человек.
Сегодня в регионе занимаются реализацией очередного строительного проекта. До 2025 года планируется заселить в новые квартиры 4137 сахалинцев. Жилье построят на средства федерального фонда содействия реформам ЖКХ, а также областного и муниципального бюджетов. Всего на эти цели выделят 7,1 миллиарда рублей.
В 2019 году заселены очередные 333,2 тысячи кв. метров жилья, в дальнейшем эта цифра будет только расти. В 2020 году планируется сдать 430 тысяч кв. жилых площадей, а начиная с 2021 года прирост регионального жилфонда составит по 500 тысяч кв. метров ежегодно.
Активней всего застраивается Южно-Сахалинск: из общего объема жилой площади, сданной в прошлом году, на областной центр приходится 59 процентов. В муниципалитетах же этот показатель гораздо скромней: Анива — 9,8 процента, Корсаков — 6,8, Южно-Курильск — 4,5.
Следует иметь в виду, что на новые квартиры претендуют не только те из сахалинцев, чьи дома признаны ветхими и аварийными. Сегодня действует несколько государственных программ по обеспечению жилплощадью различных категорий граждан. В их числе – многосемейные, ветераны, инвалиды, сироты, молодые специалисты… И все они, безусловно, мечтают о крыше над головой.
Здесь и захочешь, а не удержишься от риторического вопроса: сколько же лет потребуется региону на то, чтобы расселить из аварийных домов 150 тысяч человек? Лет тридцать? Или пятьдесят? Дождутся ли нового жилья те, кто стоит за ним сегодня в очереди?
Вопрос, конечно, интересный.

Сюжеты с переселением
Есть в Смирныховском городском округе такое село — Пильво. До 1996 года большая часть его жителей работала в Смирныховском леспромхозе, а после ликвидации ЛПХ — во вновь созданном предприятии «Смирныхлес». В 2004 году предприятие было ликвидировано, и село опустело: кто-то уехал в другой район, а кто-то и вовсе подался на материк. Всего за десяток лет из вполне благополучного села Пильво перешло в категорию вымирающих населенных пунктов. Почти все местное жилье к тому времени уже дышало на ладан.
Несколько лет назад администрация Смирныховского района заявила о предстоящей ликвидации Пильво и переселении оставшихся жителей в более подходящие места. И правда, вскоре людей начали переселять в новые квартиры. Из Пильво выехало более сорока человек. И вдруг переселение застопорилось.
Прописанные в Пильво попытались прояснить ситуацию в муниципалитете, сменившем к тому времени своего главу: вместо Николая Козинского новым мэром стал Егор Белобаба. Здесь-то и выяснилось, что оставшимся без нового жилья, а это 15 – 17 человек, рассчитывать практически не на что. Во-первых, муниципальная программа уже завершена, а во-вторых, по мнению чиновников, никаких прав на переселение из ветхого и аварийного жилья эти люди не имеют. По разным причинам.
— В Пильво я прописан по улице Советской, 5, — рассказывает один из жителей — Леонид Белецкий. — В нашем доме было несколько квартир, одну из них получил в шестидесятых годах мой отец — работник леспромхоза. Шесть лет назад дом внесли в список аварийных, сейчас от него остались одни стены. Мне удалось купить для матери однокомнатную квартиру в Смирных, там мы сейчас все вместе и живем — мама, мой брат и я. И вот теперь мне в муниципалитете говорят: да какое тебе жилье, если ты квартиру купил? Ты же не малоимущий, чтобы на помощь от государства рассчитывать!

7,1 млрд рублей
выделяется
из федерального
фонда содействия
реформам ЖКХ,
а также
из областного
и муниципальных
бюджетов
на постройку
жилых домов
до 2025 года

Интересная получается логика. Сначала тебе обещают дать жилье как проживающему в аварийном доме, а потом в этом отказывают, но уже на том основании, что ты не малоимущий. С таким же успехом можно отказать и по другой причине. Например, что ты не инвалид. И не жертва Чернобыля. И даже не сирота казанская.
В подобных случаях юристы советуют обращаться в суд. И правильно советуют. Однако ситуация осложняется тем, что леспромхоз, построивший когда-то ведомственное жилье, давно уже развалился, не успев передать дома на баланс муниципалитета. При этом, как ни странно, никаких документов на этот счет в местном архиве нет. Прямо мистика какая-то со всеми вытекающими отсюда юридическими последствиями.
А вот еще один сюжет на эту же тему. Маргарита Мирошкина проживала в Пильво по улице Школьной, 7, там же она и прописана. Сейчас от дома, считай, ничего не осталось, а несколько лет назад там еще было на что посмотреть. Неудивительно, что межведомственная комиссия также внесла этот дом в список ветхих и аварийных домов. Правда, новой жилплощади Мирошкина так и не дождалась.
— Когда у меня родилась дочь, ее не хотели прописывать по Школьной, 7, — говорит Маргарита. — Мне пришлось походить по всем инстанциям, прежде чем дочь прописали. Однако кроме прописки у дочери ничего нет, ведь дом в Пильво давно развалился. В 1960 году его получал от леспромхоза мой отец… Сейчас я с дочерью живу в съемном жилье в другом районе. Мне говорят, что программа по переселению закрыта, а решение межведомственной комиссии о включении в список аварийных домов недействительно, необходимо пройти новое обследование. Услуга платная, дорогая и выполняется местным индивидуальным предпринимателем, к которому людей направляют работники муниципалитета. Но как можно обследовать то, чего фактически нет? И на каком основании отменено обследование, проведенное межведомственной комиссией тогда, когда дом еще не был разрушен?

Или — или?
Государственную поддержку в жилищном вопросе рассчитывают получить не только жители села Пильво. Так, в очередь на получение жилья в 2013 году была включена Ирина Безяева, проживающая в селе Кировское Тымовского городского округа. В отличие от проживающих в аварийных домах, Ирину включили в список получателей жилья по программе поддержки малоимущих.
В 2019 году для перерегистрации от И. Безяевой потребовали подать очередной пакет документов, что и было сделано. В числе прочего была подана и справка о получении ежемесячного пособия по уходу за ребенком-инвалидом.
В феврале 2020 года женщину пригласили в Тымовский муниципалитет и уведомили о том, что с получением пособия она уже не может считаться малоимущей. И тут же исключили ее из очереди на получение жилья. Вместе с ребенком-инвалидом.
Можно только представить, какое настроение царило в тот день в однокомнатной квартире на улице Первомайской, 10 площадью 36 кв. метров, где сейчас официально проживают шесть человек, в том числе 10-летний ребенок-инвалид. Жаль, не присутствовали при этом работники местного муниципалитета, а то бы теперь точно знали, кому сегодня на Руси жить нехорошо.
В очереди на получение жилья стоял, кстати, и совершеннолетний сын И. Безяевой — Алексей. По словам Ирины, в Кировском сельсовете ей посоветовали сказать сыну, чтобы тот вышел из очереди. А за это пообещали ей «чем-нибудь помочь».
Сын послушался мать — забрал заявление и вышел из очереди. Однако Ирине Безяевой так никто ничем и не помог. И вот теперь никакой надежды на получение жилья практически не осталось: ведь в очереди ни она, ни ее сын не состоят.
Следуя логике бюрократа, наверное, женщине в свое время надо было отказаться от пособия по уходу за ребенком-инвалидом. Сидела бы сейчас без этих денег, зато из очереди бы не исключили. А то ведь чего захотела: и пособие получать, и в новую квартиру вселиться. Не выйдет! Так, что ли, получается?

Страсти и власти
На сегодняшний день из муниципальных очередей на получение жилья исключены десятки сахалинцев. В том же Смирныховском городском округе все прелести отечественной бюрократии уже испытали на себе А. Смирнов, В. Леденева, Е. Ильина и еще несколько человек.
Причины отказа в предоставлении жилья самые разные. Одни граждане имели неосторожность «разбогатеть» на лишнюю пару тысяч рублей в месяц, за что и были лишены статуса малоимущих. Другие имели «счастье» проживать в ведомственном жилье, вовремя не переданном на баланс муниципалитета, третьи… Ну и так далее.
Оказавшимся в подобной ситуации ничего другого не остается, как бороться за свои права. Одни обращаются в суд, другие в прокуратуру, третьи ищут поддержки у депутатов различного уровня… А четвертые пробуют искать защиты у власти — с весьма сомнительным, скажем так, успехом.
На руках у одной из оставшихся без крыши над головой жительниц Первомайска, например, есть два письма из регионального министерства строительства. Вот что ответила заявительнице в 2017 году тогдашняя исполняющая обязанности министра Н. Тимошенко:
«Согласно информации, представленной муниципальным образованием городской округ «Смирныховский»… по результатам межведомственного обследования указанный дом (с. Первомайск, ул. Шевченко) был признан ветхим и непригодным для проживания (акт обследования и заключение межведомственной комиссии от 19.08.2015 г. № 320)».
А вот другое письмо той же самой жительнице Первомайска теперь уже от нынешнего регионального министра строительства Татьяны Стаценко в 2019 году:
«По информации, представленной администрацией муниципального образования «Смирныховский» (далее – администрация) жилой дом по ул. Шевченко в с. Первомайске Смирныховского района в установленном порядке аварийным и подлежащим сносу не признавался, а также в реестре муниципальной собственности не состоит».
Любопытная получается картина: сначала министерство утверждает одно, а потом другое, уже прямо противоположное. И все это как бы в порядке вещей. Или все-таки в беспорядке?..
Понятно, что гораздо проще процитировать сведения, полученные из муниципалитета, чем обратить внимание на явное разночтение и тщательно проверить присланную информацию. Разве на это рассчитывают сахалинцы, обращаясь за помощью в региональное правительство? Они ждут ответа по существу вопроса, а вместо этого получают элементарные отписки.

Сергей ЧЕВГУН.