Вторник, 16 июля, 2024

ОбесКРОВленные равнодушием. Адвокат отстаивает права детдомовцев, оставшихся без угла по вине чиновников

Южносахалинцу Александру очень хочется забыть эту страницу своей жизни. В 1999 году после выхода из стен детского дома в Тымовском районе он вернулся в областной центр, где по закону как сирота должен был бы получить жилье. Но не получил.

Скрип в механизме

Непробиваемые тетеньки в чиновничьих кабинетах оставались глухими к робким просьбам худенького паренька. И он был вынужден с младшим братишкой ночевать на автостоянке в разукомплектованном автобусе. Спасибо добрым сторожам, которые разрешали бездомным подросткам оставаться здесь на ночлег и даже делились с ними едой.

Сейчас крыша над головой у Александра есть, но тогда выбить квартиру ему стоило таких нервов!

Государство и муниципальные органы с той поры совершенствовали механизмы (во всяком случае, заявляли об этом), чтобы сироты и дети, оставшиеся без попечения, после совершеннолетия сразу же получали жилье.

Но, как ни прискорбно, механизм иногда буксует. Нередки случаи, когда детдомовцы, лишенные полноценного детства в родительском доме, остаются без крыши над головой. Пропадает вера в торжество закона, и воспитанники еще больше теряются в новой для них жизни. Они абсолютно к ней не приспособлены, хотя в детских домах и стараются их готовить к самостоятельности. Хрестоматийный пример – не зная толком, как сварить яйца, 18-летние подростки кладут их в кастрюлю вместе с упаковкой…

Одна из историй «без крыши над головой» попала недавно в поле зрения адвоката Игоря Янчука.

Итак, в марте 2016 года органы опеки забрали троих детей у женщины, не выполнявшей свои родительские обязанности по причине беспробудного пьянства. Старшему Борису (имена изменены. – Прим. ред.) было около 15 лет. Сначала всех поместили в социально-реабилитационный центр «Чайка» в Холмском районе. Затем Алису и самого младшего Ивана отправили в детдом в село Красногорск Томаринского района.

В статусе «изъятых» из семьи дети могут находиться до полугода. За это время органы опеки должны их либо вернуть в семью (если там изменились условия), либо обратиться в суд, чтобы ограничить родителей в правах или лишить прав… Однако чиновники администрации Холмского района направили такой иск в суд спустя три года – 27 июня 2019-го. Только через год 14 августа 2020 года появилось судебное решение. К тому времени дети почти четыре года находились на попечении государства. При этом, как следует из решения суда, младший Иван уже не помнил мать. А совершеннолетний Борис покинул «Чайку». И статус ребенка, лишенного опеки родителей, на него не распространялся. При определенных обстоятельствах, к примеру, невозможности проживания по раннему месту жительства, государство обязано обеспечивать их жильем.

Факт остается фактом – за ворота социально-реабилитационного центра «Чайка» он вышел без матери, без защищающего подростка статуса, без жилья.

Ему пришлось начинать самостоятельную жизнь с судебных тяжб с региональным министерством образования и доказывать, что все эти три года он учился, не прогуливал школу, что в 15 лет его забрали из семьи вместе с братом и сестрой.

Как явствует из решения невельского суда от 14 мая 2020 года, он признал за Борисом статус оставшегося без родительской опеки. Но региональное ведомство с прозвучавшими доводами не согласилось. Хотя и решение суда не обжаловало. Тем не менее квартиру парню пока никто не предоставил. Ему сейчас 21 год, он учится в холмском колледже и временно живет в общежитии. А где он будет жить, когда получит специальность? Его адвокат обратился к областному прокурору. Ведь никто не предоставил сведений, что Борису выделили жилье из резервного фонда.

Окончательный ответ, нарушены ли права парня на получение квартиры как оставшегося без попечения в несовершеннолетнем возрасте и обязаны ли ему выделить жилье, должны дать в прокуратуре.

Синегорская неразбериха

А как дела обстоят у его сестры Алисы? Она ведь получила статус оставшейся без опеки. Однако и это не стало гарантией для обретения положенного по закону жилья. Когда ей исполнилось 18, девушка обратилась в южно-сахалинский отдел опеки и попечительства с просьбой выделить квадратные метры из специализированного фонда по договору найма.

Такая норма в законодательстве есть, однако Алисе ответили, что она может жить в муниципальной квартире, выделенной по договору соцнайма ее матери. Это двухкомнатная квартира в Синегорске. Мать непонятно где, и приезжает или нет сюда, неизвестно. По этому адресу еще до лишения ее родительских прав была оформлена регистрация и обоих братьев. Видимо, на этом основании чиновники и посчитали, что у старшего – Бориса – есть крыша над головой.

– Выяснилось, что администрация города закрепила за девочкой, оставшейся без попечения родителей, право пользоваться этим жильем, несмотря на асоциальный образ жизни главного квартиросъемщика, – говорит адвокат. – А еще оказалось, что на этой квартире более 600 тысяч рублей долга за коммуналку. Из этого следует, что на братьев и сестру ложится имеющийся долг. Он наверняка будет увеличиваться, и семью могут выселить и выписать. Похожий случай был несколько лет назад в Поронайске. К такой правовой неразберихе привели действия должностных лиц холмской администрации. Возможно, по халатности чиновники могли посчитать, что у оставшихся без опеки меньше прав, чем у сироты. Хотя законодательство наделяет их равными правами. Возможно и то, что в администрации города элементарно не стали обременять  себя хлопотами по поиску жилья для Бориса. Вроде ему есть куда возвращаться.

Но тут возникают вопросы.

В частности, кто и как зарегистрировал детей в квартире, полученной по социальному найму и к тому же с огромным коммунальным долгом? Остается непонятным и то, как дети оказались там прописаны, если в Синегорске никогда не жили?

Вопрос о чиновничьей миссии

На днях следственный комитет возбудил уголовное дело в отношении южно-сахалинских чиновников по факту необеспечения ребенка жильем. А буквально накануне адвоката вместе с Алисой пригласили в отдел опеки и попечительства. К решению проблемы подключился городской департамент образования, на совещании проработали варианты. Оказалось, возможность на законных основаниях поставить Алису в очередь на получение жилья как оставшуюся без родительской опеки есть. Квартирный вопрос 10-летнего Ивана будет решаться по достижении им совершеннолетия.

– Есть надежда восстановить справедливость и в отношении Бориса. Главное, суд признал его право на жилье и статус оставшегося без опеки, – рассказал адвокат. – Поэтому следующим этапом будет постановка в очередь на получение жилья из специализированного фонда. Молодой человек  не должен быть ущемленным в своих правах из-за того, что кто-то из холмских чиновников не сделал свою работу как надо. Допускаю, что есть основания для возбуждения в отношении их уголовного дела. Ну и наконец, надо исправить все недоработки в ситуации с младшим братом. Чтобы он, достигнув совершеннолетия, не обивал пороги,  доказывая, что ему жилплощадь положена по закону.

История эта еще не закончена, но уже сейчас можно задаться вопросом:  в чем по большому счету состоит миссия органов опеки? Неужели только в изъятии ребенка у неблагополучных родителей? И неужели их забота об оставшихся без материнского тепла детях заканчивается по достижении детдомовцами совершеннолетия?

Вам это не напоминает сказку про Золушку, где ровно в полночь волшебная карета превращалась в тыкву, кучер и кони – в крыс, а бальное платье героини снова становилось бедняцкими лохмотьями?..

Евгений АВЕРИН.

ПОХОЖИЕ ЗАПИСИ
баннер2

СВЕЖИЕ МАТЕРИАЛЫ