Они поднимали страну из руин

«Дети войны» встретились за «круглым столом»
с представителями власти и общественности

Правление регионального отделения всероссийской общественной организации «Дети войны» провело «круглый стол», в ходе которого сделало очередную попытку найти ответ на вопрос: почему до сих пор не приняты федеральный и областной законы о социальной поддержке и статусе этой довольно многочисленной категории граждан РФ? В дискуссии приняли участие депутаты областной Думы и Южно-Сахалинской городской Думы, представители исполнительной власти, ряда политических партий и движений, активисты общественных организаций. Вел заседание руководитель регионального отделения организации М. ПЕТРУХИН.
«Дети войны», напомнил ведущий, это та категория граждан, которые в несовершеннолетнем возрасте пережили невзгоды военных и послевоенных лет. У них, по сути, не было детства: этим мальчишкам и девчонкам пришлось преждевременно стать взрослыми и наравне со старшими ковать победу, а затем поднимать страну из руин, восстанавливать ее разрушенную экономику. Но вот уже несколько лет поколение «детей войны» не может добиться ни утверждения государственного статуса, ни решения о регулярной материальной помощи хотя бы малоимущим, больным и одиноким старикам, не имеющим на сей день никаких льгот.
Несколько участников встречи рассказали о своем детстве, обкраденном войной, полном горя, лишений и недетского труда.
К. ГАПОНЕНКО, сахалинский писатель-краевед: То, что мы стали «детьми войны», не наша вина, а наша беда. Немцы к нам в село Трушки, что под Белой Церковью, нагрянули 16 июля 1941 года. Не прошло и двух недель, как отца арестовали и через некоторое время расстреляли. Мне тогда шел восьмой год. В школе мы проучились всего один день: не выдержав издевательств учительницы, пытавшейся выслужиться перед оккупантами, мы разбежались кто куда, а они очень скоро выперли из школы и ее. И пока не пришли наши, мы были лишены возможности учиться. Те три года, потерянных для учебы, стали самой большой потерей для нас: ведь это был самый впечатлительный возраст, когда ребенок непроизвольно впитывает знания, ловит и запоминает каждое слово учителя. Тот образовательный пробел нам восполнить так и не удалось, хотя я, например, рано вы-учился читать по книжкам старших братьев.
А. САМАРИН, участник движения «Дети войны»: В сорок первом мне было шесть лет. Однако хорошо помню, как уже в начальных классах нашего подмосковного села мы работали на колхозных полях, собирая колоски зерновых. Как сами питались желудями и лебедой, а настоящие продукты – картошку, молоко, яйца – отправляли на фронт. Картошку можно было раздобыть, но для этого надо было собрать и сдать на приемный пункт потребко-операции ягоды шиповни-
ка, богатые витаминами и
необходимые фронтовикам.
В обмен нам давали картошку из расчета: за семь кило шиповника – один килограмм картошки… Да и после войны еще года три было очень голодно. У меня хоть папа вернулся с фронта живой, а у кого не вернулся – тем еще труднее жилось.
Н. ПУСТОШКИНА, председатель областной ветеранской организации работников просвещения: В школу я пошла в 1942 году. Жили мы тогда в г. Талды-Кургане (Казахстан). Запомнилось, что тетрадок уже не было, и мы писали до конца войны на использованных газетах. А чернила делали из раствора трубной сажи. Отец воевал, мама с утра до ночи работала телеграфистом на почте, и нас, пятерых детей, опекала бабушка. Питались с небольшого огорода, добавляя к овощам лебеду, листья вяза и других деревьев. Конечно, хотелось и сладенького, но свои «внутренние» запросы мы научились усмирять одним призывом: «Всё – для фронта, всё – для победы!». А чтобы помочь Красной Армии поскорее разбить врага, мы после уроков шли на поля копать вручную картошку, свеклу, морковь, собирали початки кукурузы, колоски пшеницы и ржи. А в плохую погоду и зимой вышивали кисеты и носовые платки неизвестным солдатам, набивали кисеты табаком и отправляли вместе с теплыми письмами старшеклассников на фронт. Отец вернулся домой в 1944-м, но легче наша жизнь не стала: он был тяжело ранен еще под Сталинградом, все время болел и не по годам рано умер.
Немало споров вызывают вопросы: кого следует отнести к категории «детей войны», а кто не соответствует ей по возрасту? Как живут эти люди сейчас и надо ли помогать всем без исключения «детям войны»? Разные мнения по данным вопросам прозвучали и в ходе встречи за «круглым столом».
М. ПЕТРУХИН: Принято считать, что к такой категории следует относить людей, родившихся во временных рамках от 1 января 1927 по 2 сентября 1945 гг. Но в побежденной Германии, например, установлен иной диапазон – от 1926 по 1956 гг. Там справедливо считают, что и послевоенное поколение бедствовало не меньше, чем «дети войны».
Т. РУКАВИШНИКОВА, руководитель общественной организации пенсионеров «Совесть»: Действительно, и послевоенное поколение пострадало, поэтому определенные неизвестно кем временные рамки в нашей стране очень некорректны. Считаю, что надо помогать всем ветеранам, доходы которых ниже двух прожиточных минимумов. Кроме финансовой поддержки государство могло бы предоставлять им бесплатные путевки на санаторно-курортное лечение. Ведь находятся в госбюджете десятки миллионов рублей на эти же цели для депутатов Госдумы и областных законодателей.
В. СУПРУН, ветеран правоохранительных органов: Помогать нужно не всем, а лишь тем, кому действительно необходима помощь и кто не пользуется никакими другими льготами.
Г. ПОДОЙНИКОВА, депутат облдумы (фракция КПРФ): Эта помощь должна выражаться не только в деньгах. В Хомутово, например, живет одинокая бабушка, ей уже более 80 лет. Вернее – не живет, а еле выживает в трущобе неизвестно какого года постройки, без воды, канализации и отопления. Дом вот-вот развалится. Прежде она обращалась в различные инстанции, но теперь уже не может такими делами заниматься – здоровье не позволяет. А юристы заняты не тем, чтобы защитить одинокую престарелую женщину, а выискивают все новые лазейки в законодательстве, позволяющие не помогать (!) гражданам такой категории.
Э. ТАРАН, депутат облдумы, председатель регионального отделения партии «Справедливая Россия»: Помогать, думается, в первую очередь надо тем 6700 «детям войны», у которых нет никаких льгот. И примеры конкретной, причем ощутимой помощи у нас есть. Так, в Томари мэр сам принял решение и помог погорельцам, у которых огнем уничтожено было и все имущество, и дом.
Н. АРТЕМЕНКО, и. о. председателя Южно-Сахалинской городской Думы, представитель «Единой России» в администрации областного центра: Наша фракция в гордуме очень плотно работает с ветеранами Ве-
ликой Отечественной. На средства «единороссов» проводятся шахматные чемпионаты, соревнования по многоборью среди ветеранов войны и труда. Что же касается конкретной помощи конкретному человеку, у меня есть предложение. Давайте мы, депутаты двух Дум – области и города, сбросимся по 50 тыс. рублей с каждого и купим квартиру для той хомутовской женщины.
Э. ТАРАН: Но разве это решит проблему? Город строит социальное жилье, в том числе и для малоимущих граждан. Так что давайте больше строить этого жилья и предоставлять его таким людям, а не «сбрасываться».
Ж. МАТВЕЕВА, депутат Южно-Сахалинской гордумы (фракция КПРФ), заместитель председателя регионального отделения «Детей войны»: Я родилась на Сахалине в 1943 году. Что посильно нам, депутатам, делать для того, чтобы облегчить положение граждан, которых называют «детьми войны»? Ранее для работников социальной сферы существовало предоставление бесплатного санаторно-курортного лечения. Но этой льготой пользовались только работающие. Думаю, надо депутатам обратиться к мэру и настоять на возобновлении данной льготы. Я уже писала мэру такое предложение, но он еще думает. Считаю, что надо добиться такого же права и для других людей пенсионного возраста. А вот предложение моего коллеги, депутата Артеменко, «сброситься» на покупку жилья для малоимущей бабушки, поддержать не могу, поскольку оно разовое.
Н. ПУСТОШКИНА: Сердце кровью обливается, когда видишь, в какой еще нужде живут некоторые наши ветераны! Если учитель до старости получал в современном исчислении 11–12 тысяч рублей, то пенсия у него зачастую просто нищенская. И организация наша общественная ему ничем не может пособить.
Л. БУРХОВИЦКАЯ, председатель южно-сахалинской городской организации «Дети войны»: Существует программа переселения жителей нашей области, много лет отработавших на островах, в регионы материковой части страны. Общая очередь на квартиры в центральных областях России движется очень медленно, особенно для ветеранов. В 2013 году, например, из 83 сертификатов, предоставленных на такие квартиры для всей нашей области, пенсионерам досталось всего 12. А ведь все они и относятся к категории «детей войны».
М. СУХОМЛИН, представитель южно-сахалинского городского и член правления областного советов ветеранов войны, труда, вооруженных сил и правоохранительных органов: Городское Собрание, а ныне – городская Дума выделяют на ремонт жилья всего лишь 3 – 4 млн. рублей в год. А ветеранов, чьи квартиры нуждаются в неотложном ремонте, у нас более 150. Причем большинству из них «по закону» ремонт «не положен». Поэтому я обращаюсь к депутатам города и области, а также к организации «Дети войны»: помогите ветеранам!
Примечательно, что никто из участников встречи не высказался напрямую против движения «Дети войны», хотя некоторые из выступавших как бы «слегка стеснялись» его и говорили о нуждах «ветеранов вообще». Однако не будем привередливы и заметим, что за признание новой организации высказались даже политические «антагонисты». А некоторые откровенно недоумевали, почему власти столь упорно не хотят «легализовать» уже действующую во многих регионах России организацию. Впрочем, приведем их прямую речь.
Ю. ВЫГОЛОВ, депутат облдумы, секретарь обкома КПРФ: «Дети войны» – это поколение, у которого было действительно трудное детство. И это довольно значительная часть населения – только в нашей области их более 37 тысяч человек. Однако все попытки нашей партии убедить депутатов – и Госдумы, и облдумы, – что категория «детей войны» незаслуженно обойдена вниманием властей, не нашли поддержки у тех, от кого зависит вынесение проекта закона на обсуждение.
И. АНДРЕЕВ, ответственный секретарь областного отделения партии «Единая Россия»: По-моему, статус «детей войны» однозначно должен быть принят. Федеральная власть может, конечно, отказать в этом – по чисто экономическим мотивам. А вот власти областной, учитывая хорошую наполняемость бюджета, вполне по плечу такая ноша. Более того, считаю, что статус «детей войны» мы можем распространить вообще на всех неработающих, малоимущих и одиноких пенсионеров.
Т. РУКАВИШНИКОВА: Жаль, что на сегодняшнюю встречу не пришли первые лица области и областного центра. Хотелось бы услышать еще раз ответ А. Хорошавина на мой вопрос, который я недавно задала ему в ходе официальной встречи: почему до сих пор у нас не принят закон о статусе «детей войны». Губернатор сослался на отсутствие соответствующего документа на федеральном уровне. В то же время общеизвестно, что в целом ряде российских регионов подобные законы приняты и действуют.
Э. ТАРАН: Нам надо определиться, что такой закон нужен в первую очередь на региональном уровне, раз он живет и работает в других, более бедных, чем наша, областях.
Ю. АНДРЕЕВ, член правления Сахалинского отделения ВОО «Дети войны», ветеран труда: Очень обидно, что в поверженной Германии к нашим сверстникам отнеслись более по-людски, чем в нашей стране-победительнице. Еще обиднее, что в некоторых дотационных регионах приняли законы о поддержке «детей войны», а в нашей области, купающейся в нефтедолларах, все чего-то ждут, осторожничают.
Подводя итог встречи, М. Петрухин подчеркнул, что она была безусловно полезной. Важно, что мы, представители различных политических течений, пришли, по сути, к единому мнению: движение «Дети войны» заслуживает всяческого признания и поддержки.
Участники «круглого стола» предложили депутатам облдумы обратиться к губернатору А. Хорошавину с призывом принять меры по повышению жизненного уровня «детей войны», а также принять закон области о статусе этой категории граждан и установить им социальные льготы наравне с теми, которыми пользуются участники трудового фронта.
А. ЛАШКАЕВ.