Участник СВО, наш земляк Юлиан Красавин представил свой документальный фильм «Прифронтовой мир» о жизни на Донбассе.
По его словам, всё происходящее там можно понять и осознать, когда узнаешь не только о боях, но и о том, как выживали люди. И как живут они сейчас.
В объективе его камеры – современный Донецк. Там уже нет того кошмара, что был с 2014 года. Но память о тех днях, когда обстрел мог начаться в любую минуту, и о понесённых жертвах жива, она ощущается во всём. Сахалинец Юлиан смог это уловить и передать в фильме боль жителей. Он ведь и сам воевал на Донбассе, на угледарском направлении. Там получил тяжёлое ранение.
Его собеседницей, или проводником по нынешней мирной жизни Донецка стала поэтесса м журналист Инна Кучерова, свидетельница всего того, что происходило здесь за последние 12 лет.
Она провела Юлиана по местам, которые несут на себе отпечатки войны. Это три Аллеи ангелов в память о детях, погибших во время обстрелов города украинскими войсками. Эпитафией на одной из аллей, третьей по счёту выбиты слова поэта Александра Твардовского: «Дети и война – нет более ужасного сближения противоположных вещей».
А прототипами воздвигнутого на ней памятника стали брат и сестра из Донецка. Мальчик закрыл собой девочку, уберёг её, а самого его поразил осколок. Насмерть… На всех аллеях лежат игрушки и свежие цветы. Смотреть на это тяжело даже на экране. Ну а какие эмоции должны испытывать жители, пережившие этот кошмар?
– Когда я приходила сама и приводила людей на самую первую аллею ангелов, мне было жутко и страшно, – делится Инна Кучерова. – Такой большой патриотический урок мы выучили о любви к Родине. Думаю, усвоили его очень хорошо.
Куйбышевский район города – ещё одно знаковое место. Туда попадало большое количество снарядов. Там до сих пор стоят порушенные и побитые осколками здания. Киевский район был местом, по которому проходила условная линия войны и мира. Там после начала СВО можно было находиться в относительной безопасности, а вдали не прекращалась канонада, когда шли тяжёлые бои за Авдеевку. Противник заносчиво заявлял, что такую крепость никогда не взять. Но был оттуда выбит.
Незабываемое впечатление производит Иверский монастырь. Его стены до сих пор посечены осколками, украинские танки били прямой наводкой с территории донецкого аэропорта, расположенного буквально в километре. А на монастырском кладбище ещё много неразорвавшихся снарядов. Туда снимать не пошли – опасно.
Вооружённые силы Украины и националистические батальоны, носившие на своей форме фашистскую символику, обстреливали жилые кварталы Донецка не по соображениям тактики. Это было демонстративное устрашение мирного населения.
– Так предписывают методички НАТО. Расчёт на то, что у людей возникнет ненависть к бойцам, которые защищают город. Но получился обратный эффект: люди только теснее сплотились вокруг бойцов, организовавших стойкое сопротивление, – рассказывает эта удивительная женщина из Донецка. – С того момента все стали отчётливо понимать: мы – русские люди, и чем больше нас бьют, тем крепче мы становимся… Да и как могло быть по-другому? В Донецке всем известен мемориал Шахта 4\4 -бис. Во время войны фашисты проводили там массовые расстрелы и сбрасывали тела в шурф, глубина его чуть меньше 400 метров. Только по официальным данным в том месте расстреляли 75 тыс. человек, а реальная цифра наверняка больше. Это наша боль. Потому-то мы не могли второй раз впустить на свою землю нацистов и позволить повторить все эти ужасы.
Дыхание войны в городе ощущается до сих пор. Оно и в том, что вода подаётся с перебоями. И в руинах зданий. И в периодически появляющихся дронах. Расслабляться рано. Но тем не менее – в Донецке всё больше цветов. В город начинают возвращаться люди, вынужденные вынужденные его покинуть с началом боевых действий. Оживают стройки. Здания красят в разные цвета, не используют только два – синий и жёлтый, как у национального флага Украины.
Юлиан Красавин рассказал, что общение с Инной Кучеровой дало ему благодатный материал для фильма. Не сделать его было невозможно. Поддержку оказали сахалинцы и областное министерство культуры и архивного дела.
– Знаете, меня поразило, что Инна знает о снарядах и вооружении противника не по фильмам, а на личном опыте, – делится мыслями наш земляк. – Дончане уже не первый год живут в условиях войны. И их мужество не может не вызывать восхищения. Я снова планирую поехать на Донбасс нынешним летом. Еще о многом можно будет рассказать.
Собранные материалы безусловно пополнят экспонаты школьного музея в Луговом, где Красавин работает учителем. Всё это лучше многих правильных и высоких слов сможет дать понимание настоящего патриотизма. В этом педагог-ветеран СВО видит свою миссию.
Когда наша редакция начала акцию по сбору индивидуальных аптечек для направляющихся на СВО, Юлиан Красавин стал добровольным консультантом, ведь он служил санинструктором и не раз оказывал помощь в условиях боя. Поэтому хорошо знает, что нужно положить в аптечку, в какой последовательности всё уложить и пр.
Дело своё он сделал на совесть, специалисты дали высокую оценку собранным редакцией наборам – всё положенное туда было что называется, к месту.
Евгений АВЕРИН.
