Где-то рядом прогромыхал тепловоз. По всему зданию депо пробежала мелкая дрожь. Смотрю на часы. Дальше ждать бесполезно. Нет, не быть сегодня условленной встрече с машинистом тепловоза Филиным. Спускаюсь по лестнице вниз. В диспетчерской интересуюсь, где сейчас Николай Филиппович.
— Он ушёл в рейс, — ответила дежурная. — Внезапно заболел один машинист, и Филину пришлось его подменить. Приходите завтра…
Но и на следующий день не удалось мне встретиться с Филиным. Он опять был в поездке. И только на третий день мы встретились. Николай Филиппович выглядел уставшим. Когда я сказал ему об этом, он усмехнулся.
– Да. Есть немного. Грипп, будь он неладен… Да нет. Я здоров. Но приходится подменять захворавших товарищей. Тяжеловато? Ничего. Не впервые так. Свободного времени, правда, маловато. Сегодня иду и вижу – листок на доске объявлений. Читаю: на днях дежурство дружины. Я ведь дружинник. Совсем недавно давал торжественное обещание… Да. Месяц назад в Южно-Сахалинском локомотивном депо заново формировалась народная дружина. Подал заявление о приёме и Николай Филиппович. Приём в дружинники проходил в красном уголке в торжественной обстановке. Как и товарищи, Николай Филиппович взял в руки текст торжественного обещания члена добровольной народной дружины. И с волнением в голосе произнёс: «Я, гражданин Советского Союза…».
Церемония вступления в дружинники напомнила ему другое, хотя и далёкое, но чем-то похожее событие. В его памяти вдруг всплыли подробности осеннего дня сорок второго года, когда он, восемнадцатилетний воин, принимал присягу на верность Отчизне. И тогда точно так же в тишине звучали его клятвенные слова:
«Я, гражданин Советского Союза…».
После принятия всем личным составом военной присяги только что сформированный 229-й отдельный противотанковый истребительный артиллерийский полк направили на фронт в район Сталинграда. Старший сержант Филин был в этом полку командиром орудия одной из батарей.
Незабываемые военные дни…
На полях сражений от Сталинграда до Берлина Николай Филиппович потерял десятки боевых друзей, «Пережил» три орудия, но сам уцелел и даже ни разу не был ранен.
В марте сорок третьего под Харьковом полк отбивал яростные атаки немецких танков. Угрожающе ползли на наши позиции серые бронированные коробки. Орудийный расчёт старшего сержанта Филина приготовился к очередному бою. Два танка двинулись на 76-миллиметровую пушку Филина. Бойцы замерли в ожидании. Но тут ухнул взрыв, наводчик зашатался и упал. Командир орудия сам припал к прицелу, поймал в перекрестие ближний танк, немного выждал и крикнул: «Огонь». Тут же на танке мелькнул огненный сполох, и машина загорелась.
Вскоре вспыхнул другой танк. Его подбили бойцы соседнего орудия. Атака врага была отбита. За смелость и находчивость, проявленные в этом бою, Николай Филин был награждён медалью «За отвагу».
Николай Филиппович особенно хорошо помнит уличные бои в Берлине.
— Первого мая сорок пятого дрались мы недалеко от Рейхстага, — вспоминает он. — Эсэсовцы, вооружённые фаустпатронами, укрылись в домах и оттуда подбивали наши танки, орудия. Сверху нас поливал пулемётный огонь. Командир батареи приказал стрелять по огневым точкам, а заодно делать пробоины в стенах зданий, чтобы наша пехота смогла выкурить засевших там фашистов.
Беспрерывно меняли мы позицию, чтобы не угодить под огонь. Но в одном месте замешкались. Позицию сменить не успели. Тут как полыхнёт пламя возле нашей пушки. Меня куда-то швырнуло. А больше ничего не помню. Очнулся. Лежу в подвале на битых кирпичах. Потрогал грудь: партбилет на месте. Ну, думаю, пронесло… Выбрался наружу. Пушка наша разбита, а бойцы моего расчёта лежат без движения. Погибли все до единого… Об этих боях напоминает ему орден Красной Звезды. День Победы Николай Филиппович встретил в освобождённой Праге.
За долгие военные годы он не раз и не два улетал в своих мыслях в будущее, мечтал о мирной жизни, о работе. В сорок втором году, перед призывом в армию, закончил железнодорожное училище, получил квалификацию помощника машиниста паровоза. Вопрос, куда пойти работать, перед ним не стоял. Ну конечно же на паровоз…
На Сахалин приехал в сорок восьмом году в командировку («молодой был, холостой, непоседливый»). С той поры одним сахалинцем стало больше. Тут родились и выросли дети.
Здесь сменил он паровоз на тепловоз.
Любопытная деталь: когда на остров пришли первые тепловозы, Николай Филиппович поступил в восьмой класс вечерней школы. Нелегко было. Работа. Заботы о семье. А тут учёба, контрольные, домашние задания. Ничего, выдюжил. С особым старанием изучал физику, электротехнику.
Николай Филиппович — машинист опытный. Ему есть что передать своему помощнику Толе Муратову. Недавно Филин стал учить парня вождению тепловоза. А дело это, надо сказать, непростое.
В прошедшем году Николай Филиппович успешно справился с планом и с обязательствами. Перевыполнил задание. Сэкономил три с половиной тонны горючего. Включившись в социалистическое соревнование, в завершающем году пятилетки он намеревается поработать не хуже.
Николай Филиппович Филин. Фронтовик. Труженик. Коммунист. Скромный, обаятельный человек. В Великую Отечественную такие, как он, принесли советскому народу радость победы, счастье мирного труда.
Владимир ШАЛИМОВ.
1975 г.
