В телефонном разговоре с журналистом директор сахалинского филиала федерального лицензионного центра при Росстрое В. Рогозин поделился новостью. С начала года в эту инстанцию ежемесячно обращается в два раза больше представителей предприятий строительной отрасли, чем обычно. Все они стремятся получить лицензии государственного образца на строительную деятельность – изыскание, проектирование, капремонт, строительство жилья, дорог, гидросооружений и прочих объектов. Причем, в числе обратившихся немало таких организаций, у которых еще не подошел срок продлевать имеющиеся лицензии. Казалось бы, зачем им эта головная боль? Выяснилось, что есть на то причины.
– Это реакция строителей на известие о предстоящей отмене лицензирования с 1 июля текущего года, – говорит В. Рогозин. – Наученные горьким опытом всяких-разных реформ в экономике, руководители предприятий не слишком-то прислушиваются к заверениям сверху о том, что достойной сменой государственному контролю станут некие саморегулирующие организации. Создание последних – еще под вопросом, да и сама идея вызывает множество сомнений. Надежнее оформить гослицензию и на пять лет обеспечить себе более-менее спокойное существование.
– Что подразумевают наши законодатели под саморегулируемыми организациями (СРО)? Ведь это именно им, по идее, перепоручается нести бремя ответственности за все, происходящее в строительстве, включая и безопасность населения?
– Условно СРО – это такая ассоциация, которая включает в себя страховую компанию, не менее 75 строительных организаций и обладает компенсационным фондом не менее 55 млн. рублей, – комментирует мой собеседник. – На мой взгляд, предложение о создании таких ассоциаций «сырое», не проработанное… В феврале я побывал на совещании в Росстрое с участием представителей правительства, минфина, минэкономразвития. На совещании говорилось о том, что действующая система гослицензирования должна быть сохранена, а еще лучше было бы ужесточить ее, дать ей право лишать лицензий нерадивых строителей. Но коли курс взят на создание СРО, значит, логичнее было бы обкатать эту идею в каком-нибудь экспериментальном регионе, а уж затем внедрять по всей стране… Проще говоря, нужно сначала построить дом, а уж затем в него переселяться, не ломая бездумно то, что имеем.
Одно наслаивается на другое: поспешили отменить строительные нормы и правила, но при этом не разработали до сих пор техрегламенты, которые должны их заменить. К этим техрегламентам, которые должны появиться в январе 2008 года, нужны еще сотни дополнительных нормативных документов. На эту колоссальную работу (которая, кстати, вообще непонятно зачем затеяна, потому что действовавшие до последнего времени СНИПы вполне достаточны) требуется несколько лет… На совещании было сказано в ответ на эти доводы: «Да, законы «сырые». Но очень мощное лобби в Госдуме эти реформы рьяно отстаивает». А как быть нашим строителям в условиях неразберихи?..
– Владимир Николаевич, отмена лицензирования коснется всех вышеперечисленных видов деятельности или есть какие-то исключения?
– Всех. Даже строительства потенциально опасных объектов, начиная с космических и заканчивая подводными. Вы только представьте себе: какая-то общественная саморегулируемая организация будет брать на себя ответственность, скажем, за строительство атомной электростанции. Или, как поговаривают, – за возведение на Сахалине алюминиевого завода?! И это должно произойти в ближайшей перспективе. Мало того, что уже «наворочали» наши законодатели – например, с введением поправок в Градостроительный кодекс. Не все знают, что с 1 января нынешнего года не подлежат госэкспертизе и госстройнадзору около 70 проц. объектов в Сахалинской области! Это почти все, что есть на Курилах и многое из того, что возводится или реконструируется на Сахалине. Потому что теперь из-под контроля государства «выпадают» строения до двух этажей и площадью до 1,5 тыс. квадратных метров.
Плюс те объекты, которые строятся с повторной привязкой к применению – например, серийные дома. То есть не проверяются качество, проектно-сметная документация. Заказчик остается один на один с подрядчиком и в случае чего должен долго и нудно выяснять с ним отношения в суде – от полугода и дольше. Сейчас заказчик еще имеет возможность обратиться к нам, и тогда нерадивый подрядчик, рискуя расстаться с лицензией (опять-таки через суд), оперативно исправляет свои огрехи. Но с 1 июля такого рычага воздействия не станет, если отменят лицензирование… Тот факт, что к нам за лицензиями хлынул поток представителей строительных организаций, я расцениваю как явление негативное. Это свидетельство нестабильности и неуверенности в завтрашнем дне.
– Пользуясь случаем, не могу не задать вопрос, который задают многие наши читатели. Сейчас, хотя лицензирование еще не отменено, допускается множество серьезных ляпов в строительстве, в благоустройстве, при реконструкции объектов. Далеко за примерами ходить не нужно. Новые тротуары в Южно-Сахалинске, на которых плитка местами уже «пошла волнами» – это притча во языцех. Я уж не говорю о бесконечном латании дыр в коммунальном хозяйстве… Невольно напрашивается вывод: что есть система лицензирования, что ее нет – на реальных результатах-то, похоже, это обстоятельство не сказывается.
– Вывод неверный. Наши законодатели жестко, вплоть до уголовной ответственности разграничили функции государственных контролирующих органов, но при этом действительно проявляются элементы абсурда. Наш центр не имеет никакого права вторгаться в компетенцию гос-
архстройнадзора и самого заказчика строительства.  В случае с тротуарами управление капстроительства и инспекция архстройнадзора должны выставить претензии тому подрядчику, который допустил нарушение качества. Если это не срабатывает, то следующий шаг – обращение в наш центр. Уверяю вас, и городские, и областные власти прекрасно знают, что и как нужно делать, но к нам, увы, не обращаются. Тогда чему же удивляться – как требуют, такой результат и получают.
В Южно-Сахалинске действительно множество горячих точек, которые свидетельствуют в пользу ужесточения государственного контроля. Вот лишь один красноречивый пример. К нам недавно обратились жильцы дома 151а по ул. Комсомольской. Ремонт кровли выполнен с браком, квартиры на верхнем этаже заливает водой. Мы направили соответствующие документы в госарх-стройнадзор, в управление по борьбе с экономическими преступлениями УВД области и провели свое предварительное разбирательство. Выяснилось, что у организации, проводившей ремонт, нет лицензии. Получается, что муниципалитет, который подряжал организацию на основании результатов тендера, не принимал  это условие как обязательное. То есть во главе угла – цена, кто берет за работу подешевле, тот и гож. Это расценивается как превышение полномочий должностными лицами, организующими тендер, уголовно наказуемое деяние… С отменой лицензирования, как представляется, наступят благоприятные времена для шабашников всех мастей. И в первую очередь пострадают, конечно же, люди, население. Впрочем, есть основания рассчитывать на то,  что здравый смысл возобладает и отмену лицензирования передвинут на более поздний срок.
– И последнее. Владимир Николаевич, учитывая большое число желающих получить лицензии, насколько велика вероятность, что их может получить кое-кто явно лишний в строительной отрасли?
– Требования к претендентам и раньше были весьма строгими, и сейчас остаются таковыми. Рекомендательное решение принимается комиссией, в которую входят, помимо сотрудников нашего центра, представители отдела архитектуры департамента строительства Сахалинской области, госархстройнадзора, департамента по труду, гостехнадзора, госэкспертизы, СахалинТИСИЗа (инстанция, отвечающая за изыскательские работы), а также УБЭП УВД Сахалинской области. Решение комиссии утверждается в Москве, в Росстрое. Так что заведомо несостоятельной организации пройти через такое сито вряд ли возможно.
Я. САФОНОВ.