Все началось с коричневой коровы

Как живется сахалинскому фермеру

Евгений Грушка еще в детстве заявил родителям, что никогда не станет связываться с домашним хозяйством. Ему было достаточно трех коров, из-за которых он страшно завидовал свободе сверстников: те в любое время могли пойти купаться, затеять какие-то игры, а Жене приходилось тащиться в поле на дневную дойку, заготавливать сено, убирать в стойлах. Вот почему сейчас глава крестьянско-фермерского хозяйства не принуждает сына и дочь к крестьянскому труду.
– Зачем их бить по рукам, – рассуждает он. – Дети сами должны к этому прийти.
Но как он сам пришел к фермерству, Евгений Николаевич объяснить не может. В 2003 году, когда он уже жил своей семьей, имел детей, работал там, где больше платили – а владел он множеством востребованных специальностей, – родители привели им с женой Татьяной перезимовать старенькую коричневую коровку. У них было уже 12 коров, и эту некуда было ставить.
К весне у Евгения Грушки было уже три коровы.
Жена долго не соглашалась на фермерство. Время тогда не располагало к самостоятельному хозяйствованию, а пришлось еще и вкладываться в новое дело. Дети подрастали, требовали все больших расходов, а деньги все в течение четырех лет уходили на становление фермы. Татьяна плакала, но мужу не мешала. Зарегистрировал Грушка свое крестьянско-фермерское хозяйство в 2005 году, когда ему было 35 лет.
Под свое хозяйство Евгений Николаевич взял в долгосрочную аренду заброшенную территорию березняковского отделения сов-хоза «Комсомолец», где царила полная разруха, восстановил два коровника. Сейчас в одном стоят 250 голов скота, в другом – 100.
Я побывала в одном из них, где содержатся дойные коровы и телята, во время дойки. Коровы все черно-белые, голштинофризской породы. Грушке достались 10 коров, завезенных в область на племя из Австралии в 2007 году. Сейчас он сам ведет племенную работу, покупает бычков, чтобы менялась кровь. Часть стада он приобрел на стороне. Но всегда в нем присутствует хоть одна коричневая корова – как талисман, символ начала фермерства. Сейчас их четыре.
В прошлом году Грушка выиграл грант областного министерства сельского хозяйства и купил мини-завод по производству молочной продукции. Покупка обошлась почти в 10 млн. рублей, 6 млн. из них – это сумма гранта, остальное – личные средства.
Теперь поодаль от коровников на территории фермы стоит небольшой домик с оборудованием по переработке молока, Грушка выпускает творог, сметану, кефир, «Снежок», сыр адыгейский, масло сливочное, молоко пастеризованное, топленое, сыворотку. Но часть молока остается, его приходится сдавать на молокозавод, что невыгодно, ведь закупочная цена – 19 рублей за литр. Фермер собирается увеличить мощность мини-завода, а еще открыть кулинарный цех по производству полуфабрикатов, выпечки. Хозяйству также нужна бойня: коровы приносят в отелы не только телочек, но и бычков, сдавать их на мясо – упускать свою выгоду.
Честно сказать, когда я ехала в Березняки к Грушке, то никак не ожидала увидеть такое современное сельскохозяйственное производство и такого креативного фермера.
На ферме у него автоматическое доильное оборудование шведского производства. Молоко от коров по молокопроводу поступает в танк-охладитель. В полях работает самая современная, удобная в обращении техника. В хозяйстве установлена система видеонаблюдения. Для работы на мини-заводе он выучил на технолога своего специалиста. Говорит, что и дальше будет оснащать хозяйство оборудованием, облегчающим труд рабочих и его собственный.
Да, да. Несмотря на то, что Грушка глава крестьянско-фермерского хозяйства, он еще и самый надежный работник этого хозяйства. Например, заготовку кормов для буренок Евгений Николаевич не доверяет никому. Работает на всех видах сельскохозяйственной техники, сам косит, ворошит скошенную траву, закручивает ее в рулоны, прессует сенаж в пленку. Наемные трактористы только доставляют готовый продукт на ферму.
Пока хозяйство обучало технолога для мини-завода, его глава сам управлял оборудованием. Говорит, что умная техника и технология одно, а надо еще вкладывать душу. Продукция Грушки пользуется спросом, на нее уже есть любитель, но иногда покупатели звонят: сегодня что-то творог не такой мягкий, а ряженке чего-то не хватает. Но вчера продукцию готовила одна смена, а сегодня другая. И вкус уже другой. Перестраховались, с соблюдением технологии –  и творог переварился…
Оборудование мини-завода отечественное. На импортное у Грушки не хватило бы денег. Работает оно с осени прошлого года и ремонтировалось уже сорок раз. Технолог Надежда Кузнецова говорит, что оно на ходу только благодаря золотым рукам хозяина.
– Я умею все, – подтверждает Грушка, и это не бахвальство. – Где я только не работал, и везде были хорошие учителя. Один бизнесмен дал отличный совет никогда не отказываться ни от каких сделок, даже если выгода будет минимальной. Он был прав. Я начинал с копеечек, сейчас грех жаловаться, доход позволяет не только жить, но и развиваться.
В свое время Евгений Николаевич работал слесарем, водителем, электриком, механиком. И на вольных хлебах, и в фирмах, ресторанах. Еще до фермерства был период в шесть лет, когда он трудился круглые сутки без выходных, отпусков: днем на одном месте, ночью на другом. И долго еще, когда погрузился в фермерство и пришлось отказаться от дневной работы, он сохранял ночную.
Грушка – истинный трудоголик. Как и его родители. Он привык к напряженному темпу работы. В 6 утра выезжает на ферму, вечером туда приезжает жена Татьяна Александровна, домой они возвращаются вместе в 21 – 22 часа. Летом, правда, хозяин может задержаться в полях до полуночи. Татьяна Александровна – бухгалтер хозяйства, она же отвечает за дойное стадо. Время ее слез давно прошло, теперь она главная поддержка и опора мужа. Правда, уже появилась надежда и на сына, он окончил институт и собирается приобщаться к родительскому бизнесу.
Сейчас отдыхом для Грушки может быть раннее возвращение домой. Чтобы развеяться, он иногда катается на машине до Холмска и обратно. Зимой же «объезжает» снегоход.
Я спрашивала Евгения Николаевича, не стало ли фермерство для него своеобразной каторгой, где царят беспросветный труд и невозможность оставить хозяйство без присмотра хоть на малое время? Стоит ли оно таких жертв?
На что он ответил, что само хозяйство ему проблем не создает, труд для него в радость. Но большая беда в том, что нет ответственных людей. Не на кого опереться. Пока он на территории –  полный порядок, но стоит уехать на весь день в поле, и всякое может случиться. Для того и установлено видеонаблюдение, чтобы хозяин, вернувшись, мог посмотреть, чем занимались работники. Как-то у одной из коров оказалась пораненной нога. Посмотрев «видео», Грушка был шокирован. Оказалось, что буренка обронила в стойле на пол «лепешку» Скотник перед тем только-только убрал за нею, а она, скотина безрогая, снова нагадила. Он и шмякнул ее в сердцах лопатой.
Евгений Николаевич не мог понять этой жестокости. Сам он своих коров лелеет. В коровнике необычайная чистота. Животные стоят не на деревянных или бетонных полах, а на специальных матах. В помещении круглосуточно музыка – для хорошего настроения животных. Молока они дают много, самого высокого качества. И отел у всех стопроцентный. А какие хорошенькие у них телята! Сюда бы водить на экскурсии детсадовцев.
Фермерство Грушку «засосало» бесповоротно. Если бы ему лет 15 назад сказали, что так будет, он бы не поверил. Видимо, все-таки сказались крестьянские корни и родительский пример. Семья его родом с Украины. Родители привезли Евгения сначала в Амурскую область, а через три года, шестилетним, на Сахалин, в Березняки. Сейчас государство здорово материально помогает тем, кто хочет трудиться на земле, говорит Евгений Николаевич. Он строит большие планы по расширению производства, но опасается, что оно может совсем заглохнуть.
Проблема в земле. Вокруг хозяйства Грушки земли ГУСП «Комсомолец». Когда-то оно их забросило, теперь собирается обрабатывать. Фермер заготавливал корма на заросших полях, поддерживал их, а когда сельхозпредприятие стало возрождаться, то забрало эти практически готовые под вспашку поля. Правда, есть и другие, но фермеру заранее надо знать, где он будет косить траву, а руководство «Комсомольца», случалось, затягивало решение вопроса до лета. В сельхозпредприятии за десять лет сменилось, со слов Евгения Николаевича, восемь руководителей, и с каждым надо было заново договариваться о «свободных» полях. Но останутся ли они свободными и завтра-послезавтра?
Ходят слухи, что все земли в районе Березняков хотят отдать приморской аграрной фирме. Само фермерское хозяйство Грушки в долгосрочной аренде – его не тронут, но если негде будет заготавливать корма, то с фермерством все-таки придется расстаться.
Такие горькие мысли одолевают сейчас Евгения Николаевича. Жалеет он, что не взял когда-то землю под хозяйство где-нибудь в Поронайском районе, где ее много. Начинать хозяйствовать с нуля сейчас он не готов.
Не верится, что с Грушкой могут обойтись несправедливо, разрушить результаты десятилетнего труда. И ведь он уже кормит жителей Южно-Сахалинска, Корсакова своей качественной молочной продукцией, как можно пожертвовать его хозяйством ради другого, которое еще только в планах обозначено? Власти, будем надеяться, этого не допустят.
Н. КОТЛЯРЕВСКАЯ.