Не дожидаясь капитуляции. Воля советского генерала и японского полковника позволила избежать жертв и разрушений в последние дни войны на Сахалине

115
Август 1945 г. Первый день после капи- туляции в районе Победино. Фото Григо- рия СОКОЛОВА, фронтового фотокор- респондента.

В истории последних дней японского губернаторства Карафуто есть одно неизвестное большинству событие, значимость которого трудно переоценить.

Это Сириторское соглашение – документ, который позволил прекратить боевые действия еще до полной капитуляции противника и сохранить жизни как военных, так и мирных граждан.

Его подписали на территории нынешнего Макарова (в то время – Сиритору), сведения хранятся в наших и японских архивах. Их собрал и обобщил сахалинский краевед Николай Вишневский. Об этом рассказывает одна из глав его трилогии об истории района «Макаровская земля». В ней восстановлена полная картина того, что предшествовало окончанию боев и началу мирной жизни.

После разгрома укрепрайона в августе 1945 года в Котоне (нынешнее Победино) войскам предстояло двигаться на Тоёхару, как тогда назывался областной центр. 18 августа был создан подвижной отряд под командованием генерала Михаила Алимова. Задача была поставлена по-военному четко – наступать на юг и предотвратить разрушение мостов и железной дороги, чтобы японцы не могли затруднить продвижение наших войск. В Сиритору, где местный гарнизон насчитывал 200 человек, в готовности находилась артиллерия, заминировали два моста через реку.

Но 20 августа командованию дислоцированных на Карафуто японских вой­ск поступил приказ начать переговоры с командованием советских войск и добиться прекращения огня. Вести их поручили полковнику Судзуки Ясуо, начальнику штаба 88-й пехотной дивизии.

Это было непросто. Обстановка на территориях к югу от Котонского укрепрайона  сложилась нервозная. Японское население всполошилось, корейское разделилось напополам: одни встретили известие о наступлении с радостью, другие опасались зверств русских, которыми пугала пропаганда. Люди в спешке эвакуировались в сторону Хоккайдо на рыбацких шхунах.

Полковник Судзуки понимал, что капитуляция неизбежна и сейчас важно не допустить потерь среди населения. 21 августа был подписан акт  о капитуляции японских войск в северной части Курильских островов. А на Холмском перевале шли  ожесточенные бои – противнику удавалось сдерживать наступление высадившихся в Маоке (Холмск) частей Красной Армии. Передовому отряду нужно было как можно скорее  продвинуться на юг и обеспечить беспрепятственное продвижение основных сил с севера.

Именно этим и руководствовался генерал Алимов. Его подразделение появилось в Сиритору в полночь 22 августа, к военным вышел мэр Кидати Такэси.

Николай Вишневский нашел в архивах воспоминания одного из них о том, как прошла встреча двух сторон. Генерал Алимов выразил благодарность мэру за то, что власти уберегли город от хаоса. И затем спросил: «Если я отдам вам приказ, вы будете его выполнять?». Глава города минуту думал и потом сказал, что готов сотрудничать с советским командованием, чтобы и в дальнейшем не допустить распада. Таким образом, он взял на себя ответственность успокоить население, не допускать поджогов, воровства и пр.

Переговоры с полковником Судзуки начались утром 22 августа.  Разногласий по поводу прекращения огня не возникло. Японская сторона выразила готовность остановить боевые действия на всем Карафуто, в первую очередь в окрестностях Маоки. Тем более что несколькими днями ранее было подписано соглашение об условиях сдачи в плен японских войск в Маньчжурии.

Командование частей в Карафуто выдвинуло дополнительные условия: не брать в плен их солдат и офицеров, не насиловать женщин, не грабить население. Со всем этим Алимов, естественно, согласился. Соглашение подписали во второй половине дня 22 августа. Японским войскам поступил приказ сложить оружие. Информация об этом появилась в газете «Карафуто симбун».

Сиритору потихоньку начал возвращаться к мирной жизни. Сохранились свидетельства, что какое-то время женщины,  опасаясь солдат, переодевались в мужскую одежду. Вводился комендантский час, запрещалось пользоваться радиоприемниками. В город стали прибывать советские войска, основная их часть сразу отправлялась на юг.

Сражение в районе Маоки окончательно остановилось в 2 часа ночи 22 августа. Стрельба прекратилась бы и раньше, если бы не трагический случай. К советским позициям отправились на автомобиле японские парламентеры. Шум мотора приняли за шум танка и открыли огонь. В результате был убит переводчик, оттого японцы не смогли объяснить цель своего визита. Им вручили ультиматум с требованием для командования лично  прибыть к нашим командирам и подтвердить принятие условий безоговорочной капитуляции.

В последний день боевых действий, 22 августа,  случилась трагедия в Тоёхаре – вечером советская авиация начала бомбить железнодорожную станцию, где скопились сотни беженцев. Начавшийся пожар перекинулся на город. Многие японцы до сих пор высказывают по этому поводу обиду – ведь в Сиритору уже было подписано соглашение.

Но такова реальность войны, остановить запущенный маховик в один момент невозможно…

Григорий РОСТОВЦЕВ.