Ради нескольких строчек… Какой ценой достаются газетные материалы

Владимир Рябчиков.

«Советский Сахалин» продолжает публиковать материалы, посвященные предстоящему юбилею – 95-летию со дня выхода первого номера газеты.

Наши уважаемые читатели несомненно знают: журналист — это человек, добывающий свой хлеб насущный тем, что работает в газете, пишет, так сказать, в силу своей профессии.

Но вот как пишет, точнее, какой ценой достаются газетные строчки — об этом знает далеко не каждый. Достаются же они, увы, порой нелегко.

Я имею в виду не только так называемые муки творчества, когда, чтобы поточнее выразить мысль, перелопачиваешь «целые горы словесной руды», но и нечто иное.

То, что в какой-то мере раскрывают эпизоды, о которых мне хотелось бы рассказать.

Если надо
В 50-х годах прошлого века сахалинских бумажников крепко донимали обрывы бумажного полотна. Обрыв — это сплошные потери.

Впустую расходуется электрическая и тепловая энергия, нерационально используется волокно, увеличиваются затраты рабочего времени, падает выработка продукции.

Не буду вдаваться в подробности этого негативного явления. Скажу лишь, что это было время становления островной бумажной промышленности.

Опытных кадров не хватало. Но и тогда были мастера, умевшие устранять обрывы за самое короткое время.

Особенно ловко это получалось у Александра Ивановича Баскакова — машиниста Углегорского ЦБЗ, впоследствии Героя Социалистического Труда.

На ликвидацию обрывов он затрачивал буквально считанные секунды. Причем делал это на ходу, не останавливая громоздкого бумагоделательного агрегата.

В редакции «Советского Сахалина» возникла идея: рассказать об опыте Баскакова в газете. Сделать это поручили мне, поскольку я в ту пору был собственным корреспондентом газеты в Углегорске.

Задача была ясна. Но как ее лучше выполнить?

Целесообразнее всего было бы, если бы Баскаков сам выступил в газете и поведал о своем опыте. Но он наотрез отказался – по своей врожденной скромности, как я понял.

— Расскажу и покажу все, что могу, — сказал он. — А писать не мастак, не умею.

Оставалось одно — как можно подробнее записать рассказ Баскакова. Но возникла другая сложность: я тогда ничегошеньки не смыслил в бумажном производстве, потому что столкнулся с ним впервые.

Пошел к специалистам. Технолог бумажной фабрики (так тогда назывался бумажный цех) Петр Аркадьевич Бриль довольно обстоятельно рассказал мне обо всем, для наглядности провел по всему потоку производства бумаги.

А закончил свой рассказ советом:
— Побывайте-ка у Баскакова, когда он будет стоять свою смену.

Увидите все сами. Тогда его рассказ станет вам понятнее. Потом, если желаете, покажите, для верности, свои записи мне.

И вот я у Баскакова. Он терпеливо объясняет, показывает что к чему, не забывая, конечно, делать все, что положено делать машинисту бумагоделательной машины.

Но рассказ его носил скорее теоретический, чем практический характер: обрывов-то не было. Не было их и потом — за всю смену не случилось ни одного. Так и ушел домой, как говорится, несолоно хлебавши.

«Ничего, — успокаивал я сам себя, — отбуду с Баскаковым еще одну смену. Глядишь, обрыв и случится». Не случился. Баскаков и члены его бригады, естественно, довольны, а мне, смешно сказать, огорчительно.

Решил пойти третий раз, уже в ночь. И опять вроде бы не везет. До конца смены оставался примерно час, а обрывов нет как нет.

И вдруг — случилось! В мгновение ока Баскаков подал паровым свистком сигнал. С той же быстротой все причастные к ликвидации обрыва заняли свои места.

Действовали с поразительной четкостью и слаженностью. Понимали друг друга без слов — за грохотом машины их просто не было слышно.

Команды подавались жестами и выполнялись безукоризненно.

Словом, увиденного в сочетании с тем, о чем рассказал Баскаков, было вполне достаточно для того, чтобы выполнить редакционное задание. Но для этого пришлось отбыть вместе с рабочими три смены. Что ж, раз надо — значит, надо.

Скоро вернусь
Было это в конце зимы 1958 года. В то время животноводы колхоза имени Ульянова, еще не преобразованного в совхоз, соревновались со своими коллегами из соседнего совхоза «Никольский» (был такой).

Родилась задумка — организовать взаимопроверки соревнующихся. С руководителями хозяйств договорился, что вначале краснопольцы побывают у никольских доярок, а затем, примерно через месяц, последние нанесут ответный визит.

Встречу решили провести вскоре после дневной дойки. Материал о той и другой встречах дать в газету.

Путь от Углегорска до Никольского не дальний, но и не близкий — где-то километров двадцать. Отправился загодя на своем мотоцикле М-72, верном спутнике моих собкоровских дорог.

Уезжая, попросил своих домашних: «Если позвонят из редакции, скажите, что скоро буду — не позднее пяти вечера. А материал о встрече передам завтра, как всегда, в девять утра».

До Никольского с моей попутчицей, сотрудницей местной городской газеты «Труд», доехали быстро — дорога была отличной. Лишь слегка порывами мела небольшая поземка.

Вскоре приехали краснопольцы. Возглавлял их секретарь колхозного парткома Н. И. Андросов. Встреча прошла как положено. Гости дотошно вникали во все.

Особенно усердствовала доярка Александра Алексеевна Рогожина.

Маленькая, бойкая, она придирчиво расспрашивала хозяев и о рационе кормления, и как его соблюдают, и о режиме содержания скота, и о прочих животноводческих тонкостях.

Никольские доярки тоже не оставались в долгу, старались узнать у краснопольцев побольше о том, как у них идут дела. В общем, шла толковая беседа, живой обмен опытом. Значит, написать было о чем.

Около четырех часов дня встреча окончилась. Попрощавшись с хозяевами и радушно пригласив их к себе, краснопольцы уехали. Отправились в обратный путь и мы с попутчицей.

Но что сталось с погодой? Как круто она изменилась за каких-нибудь полтора часа! Вовсю «работала» метель, нагромождая сугробы один больше другого.

Мелькнула мысль: «Может быть, вернуться, переночевать в Никольском?». Но тут же отверг ее: ведь завтра утром надо передать материал в редакцию. Значит — вперед!

С разгона тараню один сугроб, другой. Получилось. Еду дальше. С трудом, но преодолеваю заносы. А видимость все больше и больше ухудшается. Стало темнеть.

Но вот уже показалась Ольховка. И почему-то именно здесь были самые сильные заносы. Кое-как мне удается некоторое время передвигаться. Но в очередном сугробе М-72 застрял основательно.

Несмотря на все мои усилия и старательную помощь попутчицы, мотоцикл ни с места.

Стало еще темней. Пурга разбушевалась в полную силу. Мимо проходили несколько женщин. Отправил с ними свою попутчицу. «А как же вы?» — последовал вопрос. Ответил: «Подожду какой-нибудь оказии, может быть, помогут».

Действительно, через некоторое время со стороны Никольского подошел тяжелогруженый лесовоз. Но и он передвигался с трудом.

Однако в помощи не отказал. Кое-как при свете фар прицепил буксир.

Поехали. Медленно, очень медленно — шофер вел машину на полувыжатом сцеплении. Это чтобы не покалечить мотоцикл. Увы, заносы не кончались. Казалось, им нет предела.

Метров через пятьдесят водитель лесовоза остановился. «Дальше не поеду, спалю сцепление».

Вдвоем с трудом оттащили мотоцикл на обочину. Обозначили место вешками, взятыми с лесовоза. Это для того, чтобы можно определить, где находится мотоцикл, который до утра наверняка завалит снегом.

Шофер ушел ночевать к знакомым, домик которых был невдалеке.

Пригласил за компанию меня. Поколебавшись, я отказался. Решил шагать дальше, хотя идти оставалось не меньше десяти километров, через весь Углегорск.

До дому добрался поздно ночью. В общем-то, все обошлось благополучно, если не считать, что обморозил лицо. Материал в редакцию все-таки передал.

Владимир РЯБЧИКОВ.

Об авторе
Рябчиков Владимир Александрович (1921 – 2001). Работал в «Советском Сахалине» с июля 1957 года по июнь 1997-го.

Был собственным корреспондентом в районах области, заведовал отделами сельского хозяйства, партийной жизни. Многие годы входил в состав редакционной коллегии.

Неоднократный лауреат областного конкурса имени А. Чехова на лучшую журналистскую работу. Заслуженный работник культуры РСФСР.

По теме:

5 февраля 2020 – Дорогая редакция! О чем писали в газету «Советский Сахалин» в 30 – 90-е годы прошлого века

29 января 2020 – Все для победы. Газета «Советский Сахалин» в 1943 году

15 января 2020 – «Луну – на службу промфинплану!» Сила печатного слова

25 декабря 2019 – Жили — не тужили. Байки старого метранпажа

22 декабря – Спасемся от одиночества, интересная незнакомка! Как создавалась на Сахалине служба знакомств

18 декабря 2019 – Такие были времена, такими были мы. История одного снимка

15 декабря – Друг нивхов и рыжий директор. Страницы былого

4 декабря – К штыку приравняв перо. О чем писал «Советский Сахалин» в 20 – 50-х годах прошлого века

27 ноября 2019 – Как прессу учили свободу любить. Строго секретно

19 ноября 2019 – Четверка отважных. История одной публикации

13 ноября 2019 – Как я чуть не стал журналистом «СовСаха»

30 октября 2019 – Читатель-марафонец. Занимательная арифметика

24 октября 2019 – Как хлеб, как воздух. Вся жизнь с газетой

30 сентября 2019 – Первым губернатором в постсоветской России стал председатель Сахалинского облисполкома Валентин Федоров

23 сентября 2019 – Читатели «Советского Сахалина» открыли письмо, пролежавшее в архиве 84 года

16 сентября 2019 – Какие наши годы!

16 сентября 2019 – Первый номер «Советского Сахалина»