Обсуждение решений Пленума в колхозе «ТОЗ». 1960-е гг.

«Советский Сахалин» продолжает публиковать материалы, посвященные юбилею – 95-летию со дня выхода первого номера газеты.

В начале 1990-х стоимость подписки на газеты существенно выросла. Многим, кто в перестройку выписывал пять – семь газет, пришлось из соображений экономии отказаться от части изданий.
На выручку пришел «Советский Сахалин». По просьбам читателей редакция завела новую рубрику, в которой представляла наиболее заметные материалы из федеральных изданий. Было очень удобно. Заглянул в «Читальный зал» «Советского Сахалина» и вроде как в библиотеке побывал… Рубрика просуществовала более полутора десятков лет, пока требования о предварительном согласовании перепечатки не приобрели практически массовый характер.
Сегодня мы на один номер возобновляем «Читальный зал», но не для чужих статей и заметок, а чтобы воспроизвести некоторые собственные публикации из очень и не очень далекого прошлого. Делаем это с целью дать возможность нынешнему поколению читателей почувствовать колорит ушедшего времени, а еще с надеждой породить какую-нибудь аллюзию в отношении времени сегодняшнего. История ведь, говорят, по спирали развивается.

День красной печати
Впервые на Сахалине 5 мая был проведен день Советской печати. К семи часам начали стягиваться в Рабочий клуб все те, кто интересуется вопросом печати. Тут и редколлегия стенных газет, стенкоры, начинающие пикоры, одиночки рабкоры, граждане, члены Союзов и т. д.
Собралось около 200 чел.
Редактор газеты «Советский Сахалин» тов. Лебедев в своем коротком, но полном докладе осветил значение «Дня советской печати», как день, в который мы делаем смотр нашим печатным рядам.
Отметив рост рабселькоровского движения и растущие, точно грибы после дождя, стенные газеты, тов. Лебедев указал, что наша газета «Советский Сахалин» завоевывает авторитет крестьян.
Наряду с этим растет и советская общественность – стенные газеты, которых в Александровске выпускается до десятка. В заключение докладчиком был выдвинут целый ряд практических предложений, которые в основном сводились к организации рабселькоров в форме кружков при газете «Советский Сахалин», принятию газетой крестьянского уклона (поскольку Сахалин населен преимущественно крестьянами), оживлению индивидуальной связи с рабселькорами.
Затем собрание выслушало обстоятельный доклад стенной газеты Совторгслужащих «Жизнь Совработников».
В резолюции собрание отметило несомненные достижения как газеты «Советский Сахалин», так и крепнущий рост и качество стенных газет, приняло практические предложения.
Вслед за этим были заслушаны информационные доклады о работе центральной библиотеки и магазина «Книжное дело».
Из информационного доклада библиотеки видно, что новая советская книга читается нарасхват. Порой библиотека не в силах удовлетворить растущий спрос.
«Книжное дело», снабжаемое новейшей литературой, продвигает книгу в деревню, где она охотно покупается крестьянами. Достаточно указать на тот факт, что когда приходит с материка литература, то через неделю-другую от полученного почти не остается ничего.
Недавно советизированный Северный Сахалин в день советской печати подытожил пройденный путь и наметил дальнейшее продвижение печати в толщу рабоче-крестьянской массы.
Закрывая собрание, председатель зачел телеграмму «ТАСС» о гигантской четырехмиллионной рабочей забастовке, охватившей всю Англию и перенесшейся на континент. На этом собрание закончилось.

ЛАПАРДИН. (9 мая 1926 года).

Очерк о первом кролике
Первый кролик на Сахалине! Для оппортуниста, обывателя, нытика кролик – это повод для мещанских, издевательских шуточек.
Однако кролик – это хороший, вкусный обед плюс дополнительная возможность сдать шкурку в заготконтору.
Оппортунистам, привыкшим рассуждать словами чеховского «человека в футляре», кролик – кость, застрявшая в горле, и они бурчат: «Выдумали тоже, кролика разводить на острове, да разве из этого что-то получится?».
А в это время…
Мы идем по улице Дзержинской и сворачиваем на Кирпичную. Специалист-кроликовод Сахснаба Котлов дорогой рассказывает:
– Ерунда, что кролики на Сахалине жить не станут. Бабьи сплетни все это. Вот увидите своими глазами, в каком состоянии наши кролики.
Огибаем угол, идем по Кирпичной. Котлов продолжает:
– При хорошем откорме получается вкусное мясо, и пищи кролик особой не требует. Была бы зелень…
Входим в низенькие двери маленькой хибарки. Во дворе среди разного мусора большая клетка и ящик. В них кролики – 24 штуки. Котлов открывает верхнюю дверцу клетки и вытаскивает за уши сероватого присмиревшего кролика.
– Самая лучшая порода – шинкеля. При хорошем ухаживании достигает 26 фунтов веса, – говорит Котлов. – Их 16 маток. Это одна из самых выносливых пород кролика. А вот германская порода – черные.
Котлов открывает нижнюю дверцу, вытаскивает черного кролика. Эти послабже, дорогой ехали, и пароход попал в шторм. Шинкельские кролики только полдня не ели, а эти сутки не принимали пищи, один даже заболел.
Спрашиваю, кто за ними смотрит.
– Жена моя пока ухаживает, они пока отбывают карантин – временно здесь. Скоро пересадим в чистые новые клетки. Вот видите, несмотря на то, что здесь неуютно, ни один еще не захворал. А некоторые говорят «жить не станут» – чепуха все это, – говорит Котлов.
Спустя мгновение он продолжает:
– Думаем объединиться с Сахпотребсоюзом и организовать мощный питомник-комбинат. С 25 июля приступаем к закладке крольчатника, будет, так сказать, своя база в Михайловке, откуда станем снабжать и районы.
Выходим снова на улицу. Котлов на прощание крепко жмет руку.
– Ну пока, бегу с колхозом «Новый Сахалин» договариваться – земли под крольчатник мало дает.

Вас. БАРАНОВ. (24 июля 1932 года).

И встали в строй три Иванова…
Они родились в один день, поразительно похожи друг на друга. Отцу «тройняшек» позвонить бы в тот момент в редакцию газеты – случай-то редчайший, но ему было тогда не до репортеров… Вот они стоят на снимке – уже двухлетние карапузы. Тогда, семнадцать лет назад, о них и рассказал впервые «Советский Сахалин».
Шли годы. Братья подросли, пошли в школу, успешно переходили из класса в класс, и когда им было по тринадцать, их снова навестил репортер, застав за домашними делами. Теперешняя – третья встреча.
…Пятиэтажный дом по проспекту Победы в Южно-Сахалинске. Уютная трехкомнатная квартира Ивановых. Знакомлюсь с родителями ребят – Полиной Яковлевной и Виталием Ивановичем. Крепкое рукопожатие парней:
– Владимир…
– Александр…
– Валерий…
Проходим в комнату, и я уже не узнаю, «кто есть кто» – все в одинаковых военных кителях с курсантскими погонами, ладные, подтянутые, кажется, что на одно лицо – пойди тут разберись…
Братья Ивановы сейчас учатся на втором курсе Уссурийского высшего военного автомобильного командного училища. Через три года станут дипломированными военными инженерами. А сейчас приехали в двухнедельный отпуск.
Спрашиваю – почему выбрали военную профессию? За себя и своих братьев отвечает Валера… (А может быть, это Саша? Или Володя?).
– Валера, Валера, – успокаивает Полина Яковлевна, заметив на моем лице растерянность.
– Во-первых, – говорит Валера, – получим высшее инженерное образование, а из училища выходят не просто специалисты, но и всесторонне развитые люди. Во-вторых, здесь прививают подтянутость, дисциплину, порядок во всех делах, больших и малых.
– И еще причастность к большому и важному делу — охране мирного труда наших людей, ведь не за горами тот день, когда мы станем офицерами и полностью ощутим эту высокую ответственность, — добавляет Саша (или Володя?).
Я записываю в блокнот ответы ребят и уже не пытаюсь разобраться, «кто есть кто». Хотя внешнее сходство еще ни о чем не говорит. Так и у братьев Ивановых. Единые в своем главном стремлении — получить военное образование, они очень разные в своих увлечениях, наклонностях, привычках. Валерий «болен» спортом: еще в школе завоевывал неоднократно первые места в областных и городских соревнованиях по пожарно-прикладному спорту, очень любит литературу, сам пытается писать стихи. Они еще далеки от совершенства, но в них хорошо видно отношение Валерия к окружающему миру.
Саша и Володя — заядлые шахматисты, оба имеют третий разряд, постоянные участники художественной самодеятельности — и тогда, в школе, и сейчас, в училище. И эта непохожесть, как мне кажется, взаимно дополняет и обогащает всех троих.
Быстро пролетят отпускные дни, наденут братья курсантские шинели, и всплакнет мать, провожая своих «тройняшек» не в такой уж дальний путь. И не ошибется в именах, целуя каждого и напутствуя в дорогу…

Ю. ШАШКОВ. (24 февраля 1977 года).