Нехай топчут! Из письма А. П. Чехова учредителю южно-сахалинского ТРК «Сити Молл» К. Е. Резницкому

Парадокс местных «чеховедов».

Уважаемый Константин Евгеньевич!
Простите, что занимаю Ваше внимание своей особой. Признаться, я давно уже хотел написать, да стеснялся и трусил. Простите за малодушие и мелочность. Но после двух писем читателей газеты «Советский Сахалин», которые Вы оставили без внимания, решил вмешаться. Словом, сорвалось с пера.
Да, батенька… Эта штучка, я вам доложу, не того… Да… Тут, батенька, одним словом, я должен заметить, такое, понимаете ли, что прочтешь да только руками разведешь… да.
Решили вы увековечить память о моей поездке на каторжный остров, и не где-нибудь, а на плитах-ступенях, ведущих к Вашему торгово-развлекательному комплексу. Наверное, с дальновидной целью, чтобы к «Сити Моллу» не заросла народная тропа. На одной плите с изображением какой-то покосившейся избы значится дата моего приезда: 1890 год. И с ней не поспоришь. А на другой плите выбит год 1885-й, когда (цитирую) «выходит на свет первое издание книги «Остров Сахалин».
Скажите, батенька, каким образом, да еще за пять (!) лет до поездки на место каторги, я мог написать свои путевые заметки и их издать? Знаете ли Вы, что этот труд потребовал пяти лет моей жизни, и, быть может, оттого все творчество мое «просахалинено»? Ошибочка в дате вышла… на целых 10 лет. Хотя что они для вечности?
Увидел я на плите, что лежит под ногами прохожих, и свое изображение в полный рост. (То, что походило на портрет, слава богу, затерли, от него только пятно осталось). Форма, скажу я Вам, неуклюжа, но зато какая широкая свобода, какой страшный, необъятный художник чувствуется в этой неуклюжести!
Откровенно и честно говоря, сначала я, как и читатели «Советского Сахалина», хотел просить Вас убрать из-под ног эти плиты. Ведь не пристало нормально воспитанному человеку попирать подошвами чей-либо образ. А теперь посмотрел и подумал: пусть люди топчут сие «художество». Оно того заслуживает.
Разрешите откланяться.

Антон Чехов.

P. S.
Да, чуть не забыл замолвить слово о Хрущеве. Его образ недавно тоже увековечили на плите возле «Сити Молла», которую под ноги положили. За Никиту Сергеевича не ручаюсь. Будет ли он со мной солидарен?