Янкито-1 на Итурупе 40 лет назад открыл школьник

Юрий Кнорозов с сиамской кошкой.

В этом году исполняется 100 лет со дня рождения Юрия Валентиновича Кнорозова, великого российского ученого, доктора исторических наук, лауреата Государственной премии СССР, всемирно известного этнографа, исследователя, первым осуществившего дешифровку письменности майя…

Его регалии и заслуги, казалось, были забыты на Родине (в отличие, например, от Мексики, где в знак глубокого уважения к ученому, разгадавшему тайны народности майя, установлен замечательный памятник). Но в юбилейный год о Кнорозове вспомнили, ему посвящают многочисленные статьи, фильмы. Вот и для курильчан предстоящий юбилей стал поводом вспомнить о научных экспедициях, проводившихся под руководством Юрия Владимировича на Итурупе в 1980-х.

Находки Древнего мира

Как все пацаны того времени, 12-летний Валера Бубнов не засиживался дома, особенно в летние каникулы: исходил-излазил все морское побережье, ручьи, плато, лес в окрестностях Китового. Слышали мальчишки, что в этих местах когда-то жили древние люди, а сейчас кто-то находил то глиняную посуду, то орудия охоты айнов.

И вот однажды повезло и ребятам: в колее от колес телеги, протянувшейся вдоль моря, обнаружили многочисленные интересные предметы. В школе они уже изучали историю Древнего мира, поэтому смогли понять, что в их руках не простые камни, а именно отщепы – орудия труда и охоты.

Набил Валера ими полные карманы, а потом дома долго любовался, особенно наконечниками. От них, больших и совсем крошечных, изготовленных из разных по цвету и твердости камней, трудно было оторвать взгляд. Подолгу рассматривал причудливые извивы линий на изделиях из яшмы. Особый восторг вызывали прозрачные наконечники, сквозь которые можно было рассматривать мир, как через стекло. Это он уже позже узнал, что сделаны они из обсидиана, который так и называется – вулканическое стекло.

Первые находки так вдохновили на последующие поиски в районе Янкито, что решил Валера: «Буду археологом». Это решение укрепилось вскоре, когда отец спросил: «Хочешь пойти на Богдана Хмельницкого? Завтра дядя Сержа Чашков отправляется туда с какими-то учеными. Если что – собирайся». Уговаривать не пришлось.

«Какими-то учеными» оказались доктора исторических наук Валерий Иванович Гуляев и Юрий Валентинович Кнорозов, кандидат исторических наук Николай Михайлович Гиренко, аспирант Института этнографии Галина Сергеевна Авакьянц… Археологи и этнографы, они прибыли на Итуруп, чтобы лично убедиться в том, что несколько лет назад здесь, в кальдере вулкана Богдан Хмельницкий обнаружены действительно айнские петроглифы (о находке сообщал геолог-дальневосточник Георгий Михайлович Власов).

Восхождению участников экспедиции предшествовала исследовательская работа в Курильске и его окрестностях. Как писала ученица Кнорозова, в будущем – известный историк, антрополог, доктор исторических наук Галина Гавриловна Ершова, результаты работы превзошли все ожидания: «На острове, казалось, повсюду незримо присутствовали некогда жившие здесь айны: стоило чуть внимательнее приглядеться, и появлялись следы погибших айнских селений, культовые места, надписи – многочисленные свидетельства погибшей культуры».

Восхождение к кальдере вулкана далось нелегко: по медвежьим тропам или по камням ручья Южный Чирип, сквозь заросли бамбука или кедрача, да еще и при испортившейся погоде. Но Валера, казалось, не замечал трудностей: он внимательно прислушивался к тому, о чем говорили путники, среди которых по всем статьям старшим был Юрий Валентинович. Он комментировал: «Это шикша, ее любят медведи, и не случайно: ягода обладает удивительным тонизирующим действием… Айны собирали ягоды шиповника, сушили и ели тертыми с икрой».

Запомнились мальчишке споры ученых по поводу обнаруженных на камнях рисунков: действительно ли они рукотворны или образовались в результате естественного сбоя камней при их падении (при землетрясении или во время мощного паводка).

Пользуясь случаем, рассказал, что видел на Янкито большой валун с какими-то изображениями. Позже тот камень был обследован, и сейчас в научной литературе можно встретить упоминание «валуна Бубнова».

Раскопки на стоянке Янкито. Фото из фондов областного краеведческого музея.

Валерка прославился

А еще имя курильского подростка вошло в историю археологических раскопок на Итурупе благодаря выполненному им и переданному Кнорозову схематичному плану стоянки (сейчас схема в составе архива известного ученого находится в Музее антропологии и этнографии в Санкт-Петербурге).

Как ему, школяру, удалось это сделать?

– Просто, – отвечает Валерий. – Мы же на уроках природоведения уже изучали, что такое масштаб, где север, где юг, так что сориентироваться, замерить и нанести на тетрадный листок в клеточку (одна клеточка – пять миллиметров) было несложно.

Вот что значит хорошо учиться в школе! В статье группы ученых «О раннем неолите Курильских островов: стоянка Янкито-1» написано: «Для начала отметим, что ст. Янкито-1 была обнаружена Валерием Бубновым, школьником из пос. Китового, который в 1982 году сообщил о своих находках Ю. В. Кнорозову. В том же году исследователь с участниками экспедиции посетил район ручьев Янкито-1 и Янкито-2, где собрал богатый подъемный материал и обнаружил несколько валунов с пиктографическими знаками».

В то лето Валерий участвовал в двух восхождениях экспедиции на вулкан. А в перерывах между ними ученые проводили исследования в районе Куйбышевки, на озере Танковом, в Рейдове – в Кулацком поселке и в бухте Оля. Там, вспоминает Бубнов, в стенах окопов был обнаружен богатый культурный слой – с отщепами, осколками керамической посуды: «Судя по сохранившимся костям, мы даже могли узнать, какую именно рыбу ели айны».

К участию в раскопках ученые приглашали всех желающих, и таковых поначалу было много, тем более, что гарантировалась оплата труда. Но постепенно отряд помощников таял, из школьников, как помнится Валерию, оставался Женя Чирсков. «Вообще-то были мы балбесами, но куда девались все мальчишечьи замашки, когда слушали Юрия Валентиновича! Он просто завораживал нас своими увлекательными рассказами об айнах, о важности того дела, которым и мы занимались… И при этом никогда не говорил о своих заслугах в науке, о том, что он был единственным в мире, кто сумел расшифровать письмена майи. Это уже намного позже я мог понять, с личностью какого масштаба мне посчастливилось познакомиться».

Работа так увлекла Бубнова, что через несколько лет, уже окончив школу, вновь примкнул к экспедиции Кнорозова. В 1988 году ставилась иная задача: собрать в размывах культурного слоя стоянки Янкито-1 пробы угля для дальнейшего радиоуглеродного анализа с целью установить дату проживания древних людей.

– По обоим берегам ручья мы собрали три с половиной килограмма угля, – рассказывал Валерий. – Впоследствии Юрий Валентинович отправил пробы своему американскому другу профессору Майклу Д. Ко, он и установил сенсационную дату – 7030 – 5080 годы до нашей эры – самую древнюю в Сахалинской области! Об этом с великой радостью Юрий Валентинович написал мне, когда я уже служил в армии.

Орден Ацтекского орла

Хотелось бы добавить о контактах Кнорозова с американскими коллегами и о пользе этих связей для нашего района. Предыстория такова: в 1930-х годах японский археолог Осаму Баба нашел на Сахалине айнские усодержатели (икуниси), изготовленные в конце XVIII – в начале XIX веков.

Позже они оказались в США, американские коллеги преподнесли их Кнорозову, а тот в 1990 году передал три экземпляра в дар Курильскому краеведческому музею. И это вовсе не случайно: с курильчанами Юрий Валентинович плотно сотрудничал и с большой благодарностью в своих статьях в «Красном маяке» отзывался о руководстве района, которое оказывало всяческое содействие в его работе, о добровольных помощниках, в том числе – делившихся с ним личными находками времен айнской культуры.

На этом фоне огорчительно было узнать, что кто-то из наших земляков, воспользовавшись гостеприимством и наивностью Юрия Валентиновича, похитил из ленинградской квартиры награды ученого, в том числе орден Ацтекского орла – государственную награду Мексики. Она вручается иностранным гражданам за особые заслуги перед Мексикой и человечеством (правда, благодаря именно особенности этого ордена кража была вскоре раскрыта).

В походы с детьми

Археологом Валерий не стал:

– Не тот характер. Вначале-то мне это дело виделось в романтическом свете, но оказалось, что большую часть времени археологи проводят не в поле, а за рабочим столом, а это, по-моему, скучновато.

Но знакомство, общение с выдающимся ученым, как представляется, оставило заметный след в жизни Валерия Бубнова. Наверное, с того времени берут начало пытливость, скрупулезность, с какими он относится к любому начатому делу, стремление во всем дойти до сути, до корней.

Давний, но показательный пример – самостоятельно занимаясь живописью, Валерий удостаивался чести выставить свои работы в детской школе искусств. Те же корни у достижений Бубнова на работе (сейчас он – старший механик холодоснабжения рыбопромышленного комплекса «Ясный» ЗАО «Курильский рыбак»).

Со всей серьезностью подходит он к воспитанию своих детей, приучая их к осознанности и ответственности в любых, даже мало-мальских делах. Он, конечно, водит их в походы по родному острову: и Варвара, оканчивающая в этом году среднюю школу, и 12-летний Лева уже побывали на вершине вулкана Богдан Хмельницкий. И можно быть уверенным: будут у них новые, еще более значимые вершины.

…Что касается памяти о Юрии Кнорозове на Итурупе, то она увековечена в местной топонимике. Его именем названы скала и мыс острова.

Галия Кунченко.