Пятница, 19 апреля, 2024

Учитель с позывным «Цезарь». После спецоперации у него большие планы

Премию правительства России журналисты «Советского Сахалина» решили потратить на покупку индивидуальных аптечек для наших бойцов в зоне СВО. С надеждой на то, что при ранении в бою этот специальный набор для тактической медицины поможет спасти человеку жизнь.

За консультацией, какой выбрать из предлагаемых поставщиками вариантов, мы обратились к Юлиану Красавину. Молодой человек после тяжёлого ранения вернулся домой из зоны СВО, где почти полтора года прослужил медиком подразделения танковой части.

Разговор в редакции о достоинствах и недостатках индивидуальных медицинских наборов незаметно перерос в беседу о том, что происходит там, за тысячи километров от наших островов.

Юлиан произвёл впечатление открытого и светлого человека. Поэтому захотелось рассказать о нём – одном из наших земляков, честно исполняющих свой долг «за ленточкой», или, как говорят в пехоте, «на передке».

Юлиан Красавин – учитель школы в южно-сахалинском планировочном районе Луговое. Во время срочной службы получил армейскую специальность – старший стрелок в мотопехоте. Но на СВО служил  медиком. Почему?

– Это связано с моей педагогической профессией, – рассказывает Юлиан. – Я окончил СахГУ девять лет назад, помимо истории преподаю в школе ОБЖ, и там есть тема «Оказание первой помощи». Хотелось ученикам дать знаний по медицине чуть побольше, чтобы у них практика была.

Написал заявку на грант – открытие отряда Юнармии в нашей луговской школе. В программу входила и медподготовка. Несколько лет назад съездил на слёт преподавателей этой дисциплины в Москву. Потом прошёл углублённое обучение в столичном центре тактической медицины. После учил школьников, как кровотечение остановить, восстановить проходимость дыхательных путей и прочее.

Когда перед отправкой на Донбасс проходили тренировочные сборы, показал свои знания. Так и стал медиком роты в танковой части.

– Спасали раненых на передовой?

– В боевых условиях несколько уровней оказания медицинской помощи. У каждого бойца должен быть индивидуальный медицинский набор. Это то, что редакция решила отправить на СВО.

Я обучал ребят: получил ранение – перетяни конечность выше места раны, чтобы остановить кровотечение, вколи обезболивающее. Если боец не может это сделать сам, поможет тот, кто рядом.

Дальше раненого доносят или он доползает сам, бывает по-всякому, там уже оказываем помощь мы.

Тут важно проверить, как наложен жгут, при необходимости спустить его ниже, ближе к ране. Или же снять жгут, если кровотечение остановилось. Сделать всё, чтобы больше было шансов сохранить конечность. Наконец, нужен полный осмотр пострадавшего, вдруг есть ещё какие повреждения. Этот этап, за километр от передовой, перед отправкой в стационар очень важен для сохранения здоровья и даже жизни человека.

Кому-то может показаться, что, находясь в километре за спинами бойцов, медикам ничего не угрожает. Но это заблуждение. Снаряды долетают и за километр, и дальше. Тебя и самого может ранить. Растеряться можно с непривычки, упустить время…

Конечно, мне, как и любому новобранцу, нужно было время, чтобы адаптироваться к боевым условиям. Потому что накладывать жгут и останавливать условное кровотечение на полигоне, знать основы тактической медицины – это одно, а в реальном бою под грохот снарядов – совсем другое.

– Помните первое боевое крещение?

– Да, конечно. 24 января прошлого года, ДНР, бой на Угледарском направлении.

Я и другие медики всё сделали так, как учили. Было шесть раненых, двое из них тяжёлые. По рации сообщили, что их нужно эвакуировать на технике, возможности вынести на себе нет, обстреливает «укропский» танк. Двинули туда с санинструктором. Состояние бойцов было критическое, успели их стабилизировать и доставить в приёмник. Об опасности не думали. Как только отъехали, со стороны противника прилетела мина. В то место, где мы только что стояли…

На том же Угледарском направлении 28 мая 2023 года наше подразделение обстреляли из американских «хаймарсов». Мы стояли в глубоком тылу, и командиры такой атаки не ожидали. Ракеты попали в дом в 10 метрах от нашего. Нам повезло. А в целом было 30 раненых, из них шесть тяжёлых.

Двоих вывезли оперативно, ребята выжили. Из тех, кто был подготовлен и знал, что делать, был я и на другом конце населённого пункта мой товарищ Максим с позывным Фикс. Мы с ним выдвинулись в самое пекло и стали оказывать помощь раненым, стабилизировали состояние.

И последний наиболее запомнившийся эпизод – наступление на Новомихайловку. Наша часть была в числе передовых подразделений. В приёмнике, куда поступают все раненые, нас попросили помочь, чтобы хоть немного разгрузить врачей. В первый день привезли больше 30 человек. В другие я уже не считал. Поток шёл за потоком и днём, и ночью, толком поспать не удавалось. Но про сон думать было некогда. Позднее довелось встретить бойцов, которых мы тогда спасали. Они сказали спасибо. Что называется, от души.

Там же, под Новомихайловкой, меня ранило.

Споёмте, друзья! На встрече со своими учениками.

– Как это было?

– 18 декабря шёл очередной штурм. В тот день я был оператором дрона. Нужно было сопроводить передвижение техники и бойцов. Отработали всё с командиром батальона как надо. Втроём возвращались обратно. Шли по местам, где раньше располагались позиции противника. И я наступил на мину.

– Вам помогли?

– Я упал и сразу понял, что ранен в ногу. На языке военных раненый – груз 300. Как полагается в таких случаях, я сразу крикнул «300». Сам себе оказал помощь. Достал набор – турникет с обезболивающим, перетянул рану, кровь остановил. Шедшие рядом со мной не сразу поняли, что происходит, было уже темно. Опыта оказания первой помощи у них не было, они растерялись, увидев мою окровавленную ногу.

Но я с юмором объяснил: всё нормально, мне нужно сейчас второй турникет наложить, обезболивающее вколоть и вызвать машину для эвакуации. Мы могли, конечно, попасть под миномётный обстрел, но в той ситуации противнику некогда было в нашу сторону стрелять, их позиции штурмовали.

По дороге раз-другой подбросило на ухабах – было нестерпимо больно. Привезли меня в приёмный пункт, куда я не раз привозил своих раненых. Оттуда – в медицинский отряд специального назначения.

Там на рентгене хирург увидел степень травмы, убедил меня – нужна операция, чтобы потом поставить протез.

– Вы человек молодой, но успели увидеть побольше многих, кто старше вас. Как теперь смотрите на жизнь?

– Пришло понимание, что не нужно осуждать людей, все хотят лишь выжить в этом непростом мире. И главное – нужно жить здесь и сейчас. Всё может поменяться в одну секунду. У меня растёт сын, это так здорово. Он родился прошлым летом, ещё до моего ранения.

– Чем собираетесь заняться в ближайшем будущем?

– Подал документы на участие в президентской программе «Время героев» по подготовке управленческих кадров для государственной службы из числа участников СВО. Хочется быть полезным и своему городу, и своей области, работать в сфере образования, по своему профилю. Рад, что есть возможность общаться с детьми и сейчас.

Недавно встречался со своими учениками в Луговом. Было о чём поговорить, а ещё мы играли на гитаре. Я же окончил музыкальную школу. На СВО гитара для нас была как глоток свежего воздуха. Мой товарищ и коллега Максим, с которым мы спасали раненых 28 мая, сочинил несколько песен.

После штурма Новомихайловки его наградили медалью «За спасение погибавших». Поддерживаю с ним связь, я за него очень рад.

– У вас боевой позывной «Цезарь». Вы его сами выбрали?

– Я вообще-то склонялся к позывному «Учитель», но неожиданно возникла ассоциация с римским императором Юлием Цезарем, поскольку зовут меня Юлиан. Так этот «императорский» позывной за мной и закрепился.

Евгений АВЕРИН.

фрагмент цояфрагмент цоя
ПОХОЖИЕ ЗАПИСИ
баннер2

СВЕЖИЕ МАТЕРИАЛЫ